Cyclamen (Sankaran)

Скрытая вина, скрытое горе

cropped-listoc.jpeg

Должен сидеть дома

Случай. Миссис С., женщина 47 лет, обратилась в 1994. С. болела в течение 4 лет хроническим гепатитом (антитела В и С). Она не могла есть, и потеряла в весе до 86 фунтов. Ее терапевт сказал, что ей нужно попробовать интерферон, и пора занять очередь на пересадку печени. Она также была на приеме у многих хороших гомеопатов. Вот что она рассказала об обстоятельствах, во время которых началась ее болезнь. «Мы купили недвижимость, и у нас должно было быть письменное соглашение перед тем, как мы переедем. Мы уже переехали, но соглашение так и не было подписано. Мой муж написал бумагу и пошел с ней к адвокату, и мы его подписали, и другой владелец тоже подписал, а третий нет. Через 2 месяца я позвонила ему, он сказал, что сделает это, и так и не сделал. Я рассердилась и обозвала его разными словами, я накричала на него, меня аж трясло, я так рассердилась. Я плакала. Через два дня после этого я заболела. Я молилась, чтобы он не умер, поскольку у нас до сих пор не было законного документа. Если бы он умер, наследство досталось бы его родителям, а нам ничего.

Меня начало тошнить после еды. Я стала терять в весе. Я хотела есть, но через 20 минут после еды у меня начиналась тошнота. Если у меня был кашель, то я давилась. Боль заставляла меня просыпаться в 11.00 – 1.00 ночи. Очень сильная, острая боль, она не давала мне спать по два часа подряд. В правом боку. Когда она была самой сильной, она переходила на грудную клетку, спину, печень, желчный пузырь, она была везде.

Через несколько месяцев она распространилась на живот. Боли были схватывающими, тянущими, как при родах. Эти боли приходили и уходили. Все время присутствовала какая-то боль, и во время этого я не хотела двигаться. Боль в правой руке, и чувство тяжести. Со временем я сократила прием пищи, и перестала есть все жирное, жареное. Только простую, пресную пищу. Мне нравится бывать на открытом воздухе, в саду с растениями и деревьями, нравится гулять, но при ходьбе появляется тяжелое чувство в животе и спазмы. Я много отдыхаю лежа, и стараюсь не жаловаться. Всякий раз, когда я на что-нибудь сержусь, боль ухудшается. Я знаю, что потом мне придется за это платить. Так продолжается уже несколько лет.

В 1993, через 1½ года после этого пришел один тип и угрожал мне и моей семье, и это сделало все еще хуже. Эта ситуация продолжалась еще два года. Вплоть до приговора для того парня. Я чувствовала, что хотела бы поплакать, но я редко плачу. Я не могла плакать снаружи, но внутри я много плакала. Мне дали диагноз, «хронический активный гепатит», и посоветовали интерферон и пересадку печени. В той ситуации с землей, когда я так рассердилась, у меня было чувство, что я не должна сердиться, я ненавижу гнев и злость, и я должна быть спокойной в любой ситуации, а если я рассержусь, то это вернется ко мне. Я стараюсь не делать ничего плохого, и я пыталась дать этому парню «сомнение в пользу ответной стороны». Мне очень трудно делиться своими чувствами в большой группе, я не чувствую себя адекватной, я боюсь, что надо мной будут смеяться, если я сделаю ошибку.

Мое зачатие пришлось на 1947 год, до того, как мои родители поженились. Они поженились вскоре после этого. В те дни внебрачное зачатие считалось большим нарушением правил, и, по-моему, они изменили данные в моем свидетельстве о рождении, чтобы получилось так, что я была зачата после брака. Я много молилась за того парня, и за того партнера по владению землей, который не давал нам документы, из-за него у меня не было никаких законных бумаг, чтобы доказать, если придется, что я действительно владею этой землей. Когда мне угрожали, я молилась.

Я всегда была в боевой готовности. Кто знает, что он мог сделать. Мы жили в сельской местности. Я постоянно молилась, чтобы у нас все было хорошо. Еще одна история. Когда мне было 8 лет, мы поехали на пикник, и там была река, и много семей с детьми. И кто-то положил наш арбуз в реку, чтобы он охладился, и я нашла этот арбуз, и решила, что это настоящее сокровище, но потом я уронила его, и он разбился. Я так плохо чувствовала после этого, что залезла в машину и отказалась выходить оттуда. Моя мать сказала мне недавно, что на меня много кричали, но я не помню.

Когда я была в первом классе, был урок, на котором рассказывали истории, и мы сидели по кругу вместе с учительницей, и мне надо было в туалет, но я не хотела перебивать ее, и в конце концов описалась, и мне было очень стыдно. Мои дети учатся дома, я очень много ими занимаюсь. Я люблю открытый воздух, обожаю растения. То место, которое мы купили с партнером, я засадила фруктовыми деревьями, я обожаю деревья.

Я знала, что вы возьметесь за мою историю болезни, и я попросила себя вспомнить сон, и вот какой сон я вспомнила. «У меня родился ребенок, без рук, без ног, без тела, одна голова с шеей. И я знала, что я должна любить этого ребенка в любом случае, и так и сделала. Потом мой ребенок отрезал голову другому ребенку, и положил ее в корзину. Я знала, что моего ребенка убьют за такое. Когда меня спросили об этом, я сказала, что ребенок был болен, и все равно бы умер». При этом у меня было такое чувство, что я должна принимать все, что Бог дает мне, неважно, что это или какое оно. В детстве были сны о полете, чтобы избежать плохой ситуации, или показать, какие мы хорошие, намного лучше, чем о нас думают.

Я много экспериментировала с наркотиками. У меня при этом было одно важное чувство, что я умру. У меня много страхов по этому поводу, и главный страх – что я не увижу, как будут расти мои дети. В 1991 SGOT был 130 и SGPT 150, оба выше нормы. Один раз, когда родился мой первый ребенок, они были в десять раз выше нормы. Даже после того, как я прошла лечение и стала чувствовать себя лучше, они составляют 160 и 197, так что вот такая ситуация». Сделал что-то плохое, и держит это горе или чувство внутри. Сон, что он совершил ужасное преступление, за которое его убьют. Сильное чувство долга. Должен всегда поступать правильно, и никогда неправильно. Если она поступает неправильно, она держит это внутри. Вот история Cyclamen.

Делюзия: не выполняет свои обязанности, сделал что-то неправильное, не показывает своего горя. Большая любовь к растениям и деревьям. Cyclamen – это растение, и обладает чувством, что он сделал что-то не так, что-то плохое, не исполнил свой долг – значит, теперь с ним обязательно случится что-то плохое. Держи это в секрете. Избегай любых социальных контактов. Скрытая вина, скрытое горе– это Cyclamen.

Делюзии: он поступил плохо. Печаль, нечистая совесть: чувство вины, как будто поступил плохо, или не выполнил своих обязанностей. Сдерживает горе. Упрекает себя.Пристрастие к религии. Сильные чувства ответственности, обязанности. На приеме через четыре года, она вспоминает свое изначальное состояние в точности, как описано выше, и описывает, что с ней произошло после приема лекарства.

«Мне трудно вернуться назад и воспроизвести первую часть этой истории, потому что это теперь так далеко, и я не хочу об этом вспоминать. Страх и стресс, и какой больной я была. Многие вещи я просто не помню, например, боли. Вскоре после приема лекарства моя тошнота прекратилась навсегда. Если боли и бывают, то очень беглые. Они не задерживаются. Я была на лечении в мае 1994. В 1995 тот тип, который угрожал нам, совсем свихнулся, и разбил нашу машину, и перерезал телефонные провода, и стресс стал еще хуже. Я не смогла бы с этим справиться до лечения. Был судебный иск, и он провел год в тюрьме, и у нас есть распоряжение суда.

Я теперь научилась выражать свое мнение, и говорить «нет». Я все еще хочу помогать другим, и быть хорошим человеком. Мне стало намного легче рассердиться, но меня после этого не трясет. Если я сержусь, я не чувствую каждый раз, что я неправа. Я также не молюсь с таким рвением в разных ситуациях, как раньше. Я боялась, что если я не помолюсь, то случится что-то плохое.

Я стала питаться более разнообразно, включила в свой рацион овощи и молочные продукты. Я теперь не читаю каждую этикетку, чтобы избежать лишних калорий и жиров. Я могу поесть в ресторане.

Ела пиццу с козьим сыром. Я стала заниматься спортом, и бегаю по 3-4 мили 3 раза в неделю, и в другие дни занимаюсь плаванием. Физическое здоровье улучшилось, я набрала вес до 118 фунтов. Я стала сильнее, и могу работать долгие часы. Прием лекарства был повторен через 3 месяца после первой дозы, когда боль вернулась. Тошнота и спазмы в животе никогда не повторялись. Ее муж говорит: «По мере того, как она начала чувствовать себя лучше, 1½ года назад мы попробовали другой курс, и ее печень была в пределах нормы. Через 3-4 месяца после этого мы начали новую программу семейного здоровья, и теперь ее анализы в нижних пределах нормы. Ее прогресс был феноменальным». Конец случая заболевания.

Анализ случая заболевания в ретроспективе

То, что возбудило патологию, кроется в том приступе гнева, когда она проклинала своего партнера по землевладению. Потом она стала чувствовать: «Что я натворила? Если он умрет, мы все потеряем!» Она поняла, что совершила серьезную ошибку, сделала что-то очень плохое, и начала молиться за его жизнь (чувство Cyclamen). После этого, если она и чувствовала гнев, то не выражала его, с чувством, что так поступать плохо, неправильно. Она боится, что к ней придет расплата за это.

Она не выражает своего горя и никогда не жалуется. На этой почве у нее начинает развиваться очень серьезная патология, которая не позволяет ей выходить на открытый воздух, заключает ее в стенах дома, и сужает и ограничивает ее диету. («Ему не позволяют двигаться, выходить из дома; должен сидеть дома» — это ощущения Primulaceae). Она испытывает чувство, что она сделала что-то ужасное, за что будет наказана. Поэтому она начинает молиться Богу. И ее патология заключает ее в стенах дома, что соответствует ее внутреннему чувству.

Во сне, ребенок совершил преступление, за которое он будет наказан. И она пытается скрыть его преступление. В происшествии на пикнике в детстве, она закрывается в машине, потому что она сделала ошибку. Во втором происшествии, она не перебивает учительницу, потому что так делать нельзя. Она старается себя контролировать, но однажды теряет этот контроль. По своей натуре, она очень ответственная. Она все время проверяет дом и плиту, как будто боится, что пренебрегла своими обязанностями. Ее зачатие произошло до того, как ее мать была замужем, в 1947 году. В то время это было скандальным событием, которое надо было скрывать.

В такой ситуации имеется чувство, что был совершен плохой поступок. Во всем случае заболевания прослеживается тема «сделать что-то плохое, и быть за это наказанным». Чувство, что он совершил тяжкое преступление, и должен избегать контактов с обществом, типично для миазма проказы. Чувство «я не могу двигаться, я не могу выходить из дома, я ограничен», типично для семейства Primulaceae. При соединении миазма и семейства, приходим к Cyclamen.

Случай.

Женщина с экземой на обеих ногах, очень сильной экземой, которая делала ее практически недееспособной. Она не могла  ходить на работу, и она мне сказала: «Послушайте, Доктор, я очень ответственный человек. Я всегда исполняю свой долг. И это очень влияет на меня».  И одно слово – «долг», «ответственность» – это минерал,  6-ой ряд. Но это совсем не так. Вы должны спросить ее о ее испытании.

И она сказала: «У меня есть сын-калека. И каждый раз, когда мне снится сон о дерьме, у него возникает эпилептический припадок. Я чувствую себя виноватой, это моя ответственность, и поэтому я не хочу выходить из дома». Таким образом, в этом случае было больше чувствительности, чем ответственности. Это была такая деликатная чувствительность, что она не хотела выходить из дома. И ее препаратом являлся Cyclamen, который имеется в рубриках репертория:

Психика — Бред — пренебрегать — долг; он пренебрег своим (delusion neglected her duty),

Психика — Тревога — совесть; тревога (conscientious),

Психика — Выходить из дома; не любит (aversion to going out of the home).

Таким образом, вы никогда не пришли бы к этому препарату по одному слову. И это большая проблема, которая возникает, когда мы начинаем использовать метод ощущений. Если пациент говорит слово «структура», вы немедленно начинаете думать, что ему нужен Минерал… нет, не думайте так!  Другой важный момент, с которым мы должны быть очень внимательны: мы должны сделать акцент на чем-то, только если пациент сам акцентирует этот момент.