Asa foetida (Sankaran)

Он все контролирует, но у меня нет выбора

Случай заболевания. Женщина, 51 год, домохозяйка. Ее главная жалоба – депрессия в течение последних 4-5 лет. Частые инфекции мочевых путей в течение 1½ лет, бессонница. Она написала, что причина ее проблем — это смерти в семье родственников, менопауза, семейные проблемы дочери и ее поведение по отношению к ней. Она отказалась от надежды.

Я изложу для вас картину мышления шаг за шагом. Вначале она отказалась от видеосъемки, затем, когда я объяснил ей, в чем состоит цель видеозаписи, она согласилась.

П: Я не чувствую, что получаю отдых во сне; у меня очень беспокойный сон. Вокруг меня все время что-нибудь происходит, возможно, из-за эмоционального воздействия моих детей. Я узнаю некоторые вещи о себе, что я о себе думаю. Я хочу, чтобы меня окружали хорошие отношения; хочу улучшений в моем мышлении, в моем стиле жизни, моей ситуации.

Потом, за последние пять лет у меня было столько изменений в моем физическом состоянии, из-за климакса, и я начала испытывать неприятные физические ощущения. Меня ничто не радует. Как будто я все принимаю. Раньше у меня все же была какая-то надежда, я чего-то добивалась. Сейчас я теряю надежду; даже если я опоздаю на автобус, я чувствую себя грустно, может быть, я недостаточно постаралась.

Даже со своими детьми, я думала, что я образцовая мать. Может быть, физически я делала для них все, но плохо справлялась эмоционально, или я мало заботилась о своей собственной жизни, и от этого не смогла хорошо заботиться о детях. Я получаю отдачу от детей в таком виде, что это застает меня врасплох.

Она говорит, что это ее вина, что она сделала недостаточно; это самобичевание. И поэтому поведение ее детей очень удивило ее, застало врасплох. Она чувствительна к тому, что ее могут застать врасплох, и она этого не хочет. Сейчас она чувствует, что опоздала на автобус, и ей приходится это принять как факт; надежды нет. Но ее «надежды нет» — это не сифилитическое чувство; оно сикозное: она должна принять это. А именно, что она должна принять – это что ее застали врасплох.

П: Мне приходится прилагать усилия, чтобы принять это. За последние 10 лет я много чего перепробовала, ашрамы, натуральные системы лечения, чтение. Все, что я делаю, должно быть связано с моим мышлением, логикой, и я верю в связь ума и тела.

Потому что я пережила смерть своих отца и матери, и всего шесть месяцев назад мой брат скончался. Я видела, что у некоммуникабельных людей бывает рак, инфаркт. Поэтому я много наблюдаю. Не только это, я много занималась с психологом. Я не могла принять того факта, когда моя дочь решила уйти из дома, выйти замуж, не послушав нашего совета. И совсем недавно она вернулась назад, через пять лет. Я не могла с этим справиться, это был шок.

Я не могла с этим справиться, я не могу это принять, — это очень типичные фразы для сикоза, и для нее «это был шок». Раньше она употребила фразу «застали врасплох». Теперь она «не может справиться»; это шок.

Итак, то, с чем она не может справиться – это шок или удивление. У нее есть скрытая слабость, что она не может справиться с шоком, поэтому она его избегает. И поэтому вся ее деятельность направлена на то, чтобы избежать такого положения, держаться от него подальше. Смотрите, как все, что она делает – медитация, йога – должны помочь ей справиться. Значит, ее нужно спросить, что все это действия означают для нее, и это будет противоположностью шока).

П: Я была у доктора, обратилась к нему с жалобой на судорогу, и он сделал мне укол, и мне было очень плохо в течение десяти дней. Я пошла домой, без моего брата (который теперь умер), и это была настолько плохая ситуация, что я не могла с ней справиться.

Итак, у нее есть чувствительность к шоку, сюрпризам, удивлению, плохим ситуациям. К чему еще? Она еще расскажет нам об этом.

П: У моего сына буйная, жестокая натура. Я никогда никому не могу сказать ничего правильного. Даже моей старшей сестре не нравятся мои отношения с родителями, то, что у меня есть друзья, она очень подозрительная. Она моя старшая сестра, мне кажется, что она должна быть более зрелой, но она ревнует ко всему, что у меня есть. Даже моя дочь мне не доверяет. Она ходит в их дом. Это очень больно.

Мне больно, у меня шок, грусть, меня это удивляет, застает врасплох. Все эти нервные реакции отражают чувствительность растения. Действия влияют на нее больше, чем нарушение структуры. Это растительная чувствительность.

П: Она со мной не считается, не следует моим советам. Муж агрессивный манипулятор, и всегда пытается все контролировать с помощью денег, поскольку он обеспечивает семью.

Он даже не знает, что значит быть мужем. У него совсем другая культура и происхождение, с ним обращались как с ничтожеством. На его рождение не рассчитывали, и его всегда донимал его брат. Иногда он становится чрезмерно эмоциональным, очень привязчивым, а иногда чрезмерно агрессивным. (Никогда не известно, чего от него ожидать; он непредсказуемый).

П: Он не знает, что такое быть отцом или мужем; контролирует все своими деньгами, и очень скрытный. С ним никогда не знаешь ситуации. Сын стал таким агрессивным и жестоким из-за поведения своего отца, это всегда так бывает. Он бьет отца. Ситуация в доме стала очень взрывной. Его стиль жизни, он курит, он делает разные вещи, но попробуй сказать ему что-нибудь. Я буду делать то, что хочу. Не спрашивай меня. Я не хочу разговаривать. У него есть подружка, с которой у него есть сексуальные отношения. Он ни о чем не хочет заботиться.

Это ненавистная ситуация, жестокая ситуация, но я должна ее принимать. Он все контролирует деньгами, но я должна это принять. У меня нет выбора. Вот ее история.

П: «Я знаю, что я делаю, я все делаю целенаправленно. Ты знаешь, что я бешеный. Я могу сделать, что угодно». Вот как он разговаривает. Он говорит, «сколько ты еще собираешься прожить». Поскольку у него в руках завязки от кошелька, он собирается разрушить мою жизнь в будущем. (Ей приходится все это принимать, потому что она в зависимом положении).

П: Я не знаю, как я оказалась в таком приземленном положении. Только на небе я смогу быть сама собой. (На этих словах пациентка начинает плакать. Небо – это там, где я могу быть собой. Значит, она находится в такой ситуации долгие годы; это история ее жизни). П: Я продолжаю жить. Это как магнитофонная пленка. Я продолжаю играть эту запись. Для мужа я ничего не значу. Когда мы поженились, мы убежали от родителей. Моя дочь сделала то же самое. Я хотела убежать от своих родителей, потому что они не понимали меня.

Я хотела сделать карьеру. Они от всего хотели меня отговорить. Я хотела окончить курсы косметологов. Я знаю, что у меня есть это качество, все делать хорошо. Но вы знаете, как будто все было закрыто, у меня не было выхода. Я собиралась выйти замуж за одного мальчика. Потом его мать сделала мне очень хорошее предложение, и закрыла меня в комнате, и сказала: «Ты должна дать мне ответ прямо сейчас».

П: Потом я встретила своего мужа. я ничего не знала о нем, о его характере, ничего. Мои родители сказали, это смешно, он совсем из другого круга, другой культуры. Мои родители сказали, что это нехорошо. Потом мы очень сильно поругались, у нас была бурная ссора с криками и слезами, и мы поженились, и начали с нуля. Его родители открыли для него офис, но он не хотел работать. Я кричала на него, чтобы он шел работать. Потом я забеременела, и я плакала, и жалела о каждой минуте. Что я наделала? Потом я начала бить моего ребенка, очень сильно.

Что она делает? Она делает именно то, что по ее словам, делает ее сын. Действие и реакция равны и противоположны. Жертва и агрессор – это две стороны одной медали. Она начинает бить ребенка.

П: Я не умела готовить, убирать в доме, вообще ничего не умела. Это была ужасная ситуация, и некому было мне посоветовать. У меня даже не было времени, чтобы принять ванну. В то время, когда я была беременна дочерью, я так часто расстраивалась. У меня были эти таблетки, я хотела, чтобы у меня был выкидыш, я все время плакала, все время.

Потом, позже, я начала испытывать огромное чувство вины к этому ребенку, что я к ней так плохо относилась. Пока она росла, я все время чувствовала себя виноватой, и всегда ей что-нибудь покупала. Даже когда она сбежала, я дала ей очень красивые вещи. Она относится ко мне очень небрежно. Она не обращается со мной, как с матерью.

Три года спустя я забеременела парой близнецов, и снова, это было очень трудно. Я ожидала от нее, что она поможет. Она была такой умной. Я сама чувствовала себя с ней, как ребенок. Она добилась очень больших успехов в своей работе. Когда мой сын родился, он был очень шумным, все время требовал внимания, вопил и кричал.

В Индии мужчины не любят ухаживать за своими маленькими дочерями. Мне все время приходилось за них драться. В то время у меня началась одышка. Мой муж сказал, что я притворяюсь. Я всегда беспокоилась о детях. Я всегда была сонной, как от допинга. Мы переехали в новый дом. Мне там не понравилось. Большие перемены, это было травмой. Дети тоже очень долго привыкали. Дети жили в доме у моей сестры. Мне было очень одиноко. Почему они не относятся к нам, как к родителям?

Когда мой отец заболел, я чувствовала, что весь мой мир рушится. Потом заболела моя мать. В течение года я не видела своей матери, потому что мой муж сказал, что он не собирается покупать для меня билет, просто потому, чтобы я с ней повидалась. Я чувствовала, что это была самая жестокая, бесчувственная вещь, которую можно кому-нибудь сделать. Ох, им же до тебя нет дела, так какое тебе до них дело? Я начала ненавидеть его.

Вот слова: бить, бесчувственный, жестокость. И какой у нее копинговый механизм? Принять, застряла, нет выхода.

П: Это такой эгоизм. Я никогда не могла понять этого человека. Никакого рационального мышления. Вообще-то в жизни моего мужа нет никакого фокуса, только есть, пить, ходить в офис, смеяться, разговаривать, это все. Я чувствую себя с ним таким ничтожеством. У меня так мало уверенности в себе. Вообще-то я очень талантливый человек, но у меня нет уверенности. Я хочу избавиться от этой ситуации, но я сама сделала этот выбор. Это такая безнадежная ситуация; я ничего не могу контролировать. Сейчас я ничего не чувствую. Что еще я могу сделать?

В прошлом, я сердилась, и очень много плакала. У меня нет друзей моего возраста. У меня только есть друзья такого же возраста, как мои дети, но у меня нет общения с моими собственным детьми. Они не хотят общаться со мной; им не нужен этот жизнерадостный молодой человек.

Д: Расскажите мне о своих физических проблемах? П: Когда я была маленькой, я долго мочилась в кровать, и мне было очень стыдно, очень неудобно. Сильные запоры. В доме это было темой для разговоров. Отец обсуждал это со своими друзьями. Мне было очень стыдно. Мои менструации тоже были общественной проблемой: я могла испачкать свою одежду. У меня была экзема. У меня были бородавки на руке, и отец выжигал их кислотой. Я пила по 16 чашек чая в день, и потом начала курить сигареты. Мой кишечник плохо работал, и у меня были проблемы с газом. Кисты, фиброиды. (Сикозные проблемы: бородавки, кисты, фиброиды, стыд, прячется).

П: Теперь у меня проблемы с мочеиспусканием. Какое-то странное ощущение. Мои волосы рано начали седеть. До этого у меня были очень красивые волосы. Мои ногти тоже испортились. Я продолжаю заниматься спортом. Мне это нравится, я хорошо себя чувствую. У меня были очень сильные боли в спине, особенно после родов. Очень малоподвижная жизнь. Я набрала много веса. Это моя проблема. Мой муж хочет, чтобы я выглядела как модель, так что у меня развилась булимия.

Я воспитывала моих детей так, чтобы они были очень независимыми. Я избаловала своих детей, и до сих пор учусь. Это началось с гнева и отчаяния, но теперь я просто хочу быть с ними, давать и давать, и не ожидать ничего в ответ. Моя младшая дочь такой чудесный ребенок, она все понимает. (Начинает плакать).

Д: Из всех событий, какие оказали на вашу жизнь наибольшее влияние? П: Я чувствовала, что мои родители совсем меня не любят, и мой брак был очень неудовлетворительным. Я очень разочарована в себе. У меня были большие планы на свою жизнь, и ничто не сбылось. У меня нет никакой поддержки от него. И самое большое разочарование – это дети, потому что, несмотря ни на что, я ведь делала и что-то хорошее, от всего сердца. У меня всегда была идеальная картина чудесного мира в моих мечтах, а действительность оказалась такой ужасной.

Д: Расскажите мне про этот чудесный мир. П: Швейцария, прохлада и красивые горы. Дети смеются, муж меня любит. У меня очень большое воображение в этой картине, а на деле все наоборот. Все такие жестокие и грубые. Муж дочери хуже всех. Он совершенно незрелый, как пятилетний. Я была так шокирована. Как она относится ко мне, как к одноразовому полотенцу. «Используй ее и выброси как мусор». Мой сын такой агрессивный и презрительный. У меня нет проблем с эго. Моя дочь настолько лучше, чем тот мужчина, с которым она живет. Он кричит на нее. Она такая мягкая.

Эта самая важная часть случая заболевания. Я спросил ее, что она чувствовала, когда ее дочь вышла замуж, и она сказала, что весь ее мир рухнул.

П: Вся моя жизнь, которую я вложила в этого ребенка, рухнула, все, что мне было дорого. Все усилия, которые я прилагала к тому, чтобы ее вырастить, пошли прахом. Я чувствовала, что она дала мне пощечину, пнула в живот и пырнула ножом. (Смотрите, как она воспринимает брак своей дочери).

Д: Опишите это чувство немного подробнее. П: Это было очень, очень большим разочарованием, и я чувствовала, что в каком-то смысле, жизнь дает мне урок, что, смотри, ты ведь тоже так поступила, и теперь к тебе все это возвращается. (Удар, полученный без предупреждения. Удар, который застает ее врасплох. Дочь могла хотя бы сказать: «Смотри, мать, вот оно – бум!»). П: Как будто меня без предупреждения застала гроза, у меня понятия не было. Как будто я внезапно наткнулась на стену, бум, и моя голова лопнула.

Как смерть и конец чего-то, совершенно несчастное состояние ума. Я прошла через многие чувства. Я получила то, что заслужила, так мне и надо. Она не хотела делиться со мной, так что она просто это показала. Д: Опишите подробнее – наткнуться на стену? П: Я чувствовала себя полностью разбитой, в тот день во мне что-то умерло. У меня началась такая ужасная депрессия. Я постоянно плакала в течение нескольких месяцев, у меня появились мысли о самоубийстве, я хотела выброситься из окна.

Мне было очень трудно принять это. Я была разбита, плакала все время из-за любой мелочи. Д: Вы сказали, что в вас что-то умерло? П: Да. В прошлом, когда моя мать была жива, я могла бы ей позвонить, и мне бы стало лучше, но теперь никого нет, кто бы мог меня приободрить. Она говорила, что я ее прекрасная принцесса. Она говорила, что я самый чудесный ребенок в мире. Я получила от нее большую поддержку. Я старалась все делать для детей. Я паниковала. У меня всегда был страх провала. Д: Почему вернулась ваша дочь?

П: Потому что ее муж такой шумный, такой грубиян. Он тиранит ее, такой здоровый парень, такой наглый, и все время ругается с ней. Мы обе такие слабые, и я, и моя дочь. Мы никогда не пытались постоять за себя. Я думаю, что мне надо было спорить со своим мужем. Я никогда не могла сделать этого. Мой сын проиграл в карты десять миллионов рупий. Он проиграл деньги в Америке, соврал, и потом вернулся. Я поехала в Америку. Он игнорировал меня, только сказал: дай мне денег. Это была последняя капля. Я хотела все бросить.

Мой брат умер. Это был такой шок. Я так его любила. Я всегда чувствовала, что он все может. Я провела всю ночь с ним (с его телом). Как ты мог мне такое сделать? Ты только что был здесь, а потом вдруг ты умер. Я хотела все бросить, даже не пытаться, ничего не хотела делать. Д: К чему вы чувствительны в каждодневной жизни: в газетах, в телевидении? П: В основном, к эмоциям. Есть одна реклама, с маленькой девочкой, ее отец уезжает по делам, и говорит ей «до свиданья», и она снимает трубку и звонит ему, и он говорит: «Неважно, где я, я всегда с тобой». Я всегда при этом плачу. Я не могу справиться с эмоциями. Д: С какими именно эмоциями? П: Я даже не знаю, почему я плачу даже сейчас, когда рассказываю вам об этом. Д: Какое у вас чувство? П: Такая потребность в любви.

Сейчас, когда я ее спрашиваю, что трогает ее больше всего, она рассказывает об этой рекламе, где отец говорит девочке, что он всегда будет рядом, и пациентка начинает плакать, не в состоянии контролировать свои эмоции. Это очень счастливое чувство. Оно должно быть противоположностью того, что для нее неприятно: агрессия, жестокость. Вот до чего мы дошли.

П: Это так красиво снято. Это такая любовь, такая нежность. Вы знаете, «Папа, ты знаешь, я люблю тебя. Пожалуйста, будь со мной». Я никогда не видела этого от своего отца, этого просто не было. Д: Опишите эту нежность. П: Чувство безопасности, любви. То, что этот человек всегда со мной. Д: Когда? П: В случае любой проблемы, он со мной. Я люблю тебя просто потому, что ты – это ты, потому что ты такая, какая есть. Д: В какой ситуации это нужно больше всего? П: Когда я росла. Я чувствовала, что он меня очень сильно подвел. Он спрашивал мою двоюродную сестру, не гуляла ли я с мальчиками. Почему бы не спросить меня? Все эти глупые разговоры. Мне кажется, что мой муж такой же.

У него такой же агрессивный характер: шумный, наглый. Делай то, что я тебе говорю, или ты пожалеешь. Д: Или ты пожалеешь — почему? П: Я не буду обращать внимание на твои желания или потребности. Д: Что означает «наглый»? П: Наглая речь, ругательства, и от моего мужа я узнала самые худшие в мире ругательства. С моим мужем, это была борьба за выживание, или он, или я. Я бы вернула ему все обратно. Д: Как? П: Оскорблениями. Он хочет, чтобы я была идеальной. Я не могу это принять.

Я чувствую себя в таком отчаянии, как будто я закрыта, нет выхода. Я не могу выйти из этого состояния. Его агрессивность, жестокость. Д: Что вы имеете в виду? П: Это жестокость, насилие, нарушение. Как мужчина вторгается в твой мир, как сексуальное насилие, или если он тебя оскорбляет любым образом в сексуальном смысле.

Мы пришли к центру случая заболевания. Теперь она использует несколько слов, которые она употребляла и раньше, и все это включено в тему сексуальных домогательств. И я знал, что она к этому придет, так что я хотел рассмотреть это подробнее. Это очень интересно, и наконец она рассказывает все.

П: У меня были с детства такие переживания, когда мужчины хотят тебя трогать, использовать тебя. Мужчины – это мужчины, и вот почему я боюсь.

Теперь мы добрались до ядра. И это главная причина, почему я не работаю, и вот почему я завишу от мужа, и мне приходится терпеть его жестокость и оскорбления, но я должна только терпеть. Меня ограничивает моя чувствительность к жестокости и оскорблениям, и для того, чтобы скрыть эту свою чувствительность, я должна принимать эту ситуацию. Итак, везде одна и та же история. Оба пункта очень хорошо дополняют друг друга.

П: Это потому, что я никогда не могла совладать с сексом. Мужчины приставали ко мне с тех пор, как я была маленькой. У меня был такой опыт в автобусах, поездах, они всегда хотят потрогать тебя, и у тебя появляется болезненное, тошнотворное чувство, отвратительное чувство. Но так всегда бывает. Если бы у меня был выбор, я бы не ездила на общественном транспорте. (Я должна принять это и скрыть).

П: Даже в магазине, есть эти распутные парни, которые как будто случайно трогают тебя за грудь. И ты боишься сказать родителям. Так что, когда мне приходится куда-то идти одной, я лучше не пойду, и ухожу в себя еще больше. Д: Какой случай был самым худшим? П: Это были только такие маленькие происшествия. Д: Было что-нибудь большое или важное? П: Нет, изнасилования или чего-нибудь такого не было и это было только с моим парнем. В то время я ужасно перепугалась, до смерти. Д: Что случилось? П: Он хотел переспать со мной, но я не хотела. Я чувствовала себя как будто я лишена своих прав, как будто он хотел взять меня насильно, без уважения, а взять насильно, это значит, взять силой, или навязать тебе свою волю. Я отказалась. Мне было не за что держаться. Я чувствовала себя очень неуверенной, в том числе в финансовом смысле.

Д: Неуверенно? П: Моя мать говорила, что я выйду на большую дорогу. Она знала, что я гуляю с парнями, но когда я возвращалась, она вела себя со мной жестоко, кричала на меня и один раз она даже порезала мое платье. Я не понимала, почему она это сделала… мне было к лицу это платье. Она взяла ножницы и порезала его на куски. Потом она стала обвинять меня, что я шлюха, и обзывать меня всякими словами. Потом она сходила к астрологу, который сказал, если я не выйду замуж сейчас, то я стану проституткой. Я поверить не могла, что моя мать может сказать мне такое.

Та же эмоция: неожиданный неприятный сюрприз, шок: как можно сделать такое? оскорблять меня, вести себя так жестоко по отношению ко мне. Как можно такое сделать???!!!

П: Это привело меня в отчаяние. Я убежала из дома, начала курить, чтобы выразить свой протест.

И что она сделала потом? Она вышла замуж за парня, который был как потенция 10М того же самого отношения. Она даже сбежала с ним!

Д: Какие у вас чувства по отношению к изнасилованию? П: Это животная вещь. Я бы хотела убить этого человека, уничтожить его, просто покончить с ним. Д: У вас есть сны? П: Мне кажется, да, но вы знаете, я не помню их. Я не могу вспомнить какого-нибудь отдельного сна. Д: Вы сказали, что ваш сын жестокий? П: Он может ударить меня, оскорбить, и называет женщиной в этой оскорбительной манере: «Заткнись, женщина!» Недавно он ударил своего отца.

Я спросила его, почему, и он сказал, что иначе тот сам бы его ударил. Д: Какое воздействие это оказало на вас? П: Я чувствовала себя очень нервной, в отчаянии. Я чувствовала себя беспомощной. (Я ничего не могу сделать, я не могу с этим справиться).

Д: Что значит «нервной»? П: Если он будет продолжать это, у одного из нас будет инфаркт, особенно у моего мужа. Он все швыряет, бросил вазу и разбил ее. Я встала там, перед мужем, чтобы принять удар на себя. Он хотел ударить его. Для него это инстинкт, бить. Одно время я чуть не дошла до самоубийства, хотела выброситься из окна с шестого этажа, или принять цианистый калий.

Комментарий: В семействе Umbelliferae присутствует чувство: внезапное нападение, приступ; ярость, жестокость, агрессия, удар ножом, общественные беспорядки, и происходит такая же реакция: пациент реагирует сильно и интенсивно. Cicuta и Conium разделяют общий симптом: «Чувствительность к страшному и грустному».

Рубрика: «Ужасные происшествия, грустные истории глубоко на нее воздействуют». Другой, очень интересный общий симптом: «Грусть после травмы головы»; «Живот: удар, как будто удар в низ живота». Здесь всего десять лекарств, и оба, Cicuta и Conium, присутствуют в этой рубрике. Конвульсии без ауры, что означает внезапный удар ужасной силы, жестокость. В этом семействе есть очень хорошие средства от конвульсий, приступов. Conium является прекрасным средством от травм, особенно травм груди. Cicuta – одно из немногих лекарственных средств, в которых подчеркивается «Ненависть и отвращение к мужчинам». Мужчины всегда мужчины, и я их ненавижу.

В данном случае заболевания нам нужно сикозное средство. Так что же означает «сикоз»? Я изучил все это. Asafoetida известна как «истерическое лекарство», лекарство от истерии. Это, в основном, невротическое расстройство, в основном, механизм избегания. Все неврозы относятся к сикозному миазму, и, в общем-то, именно по этой причине я понял, что это – сикозное средство. Если вы будете читать Asafoetida – «Ум», это не даст вам ни малейшего представления о пациенте, как ни пытайтесь. Что я пытаюсь сказать, это то, что наша Materia Medica далека от совершенства. Она очень неполная.

Она считает, что ум и тело – это раздельные понятия. Они полностью неполные, совершенно несовершенные, и не связаны между собой. Общее между ними – это жизненное ощущение, нарушение жизненной энергии. Как только мы определим расстройство жизненного ощущения, мы поймем, где связь между разумом и телом. Так что это очень частичное представление, и вот почему мы не могли использовать все эти лекарства все это время.

Мы приходим к лекарству от общего ощущения: удары, внезапный шок, неожиданный шок, внезапный приступ, атака. Вот что для нее «удар». Эти физические ощущения, шок и удар, типичны для семейства Umbelliferae, семейства моркови и сельдерея. Внезапность является абсолютно необходимым компонентом. В особенности, когда получаешь такое от своего близкого родственника, это тем более шокирует.

Лекарство: Asa foetida 200. разовая доза (28 августа 2001)

Следующий прием: 6 сентября 2001. У нее появилась новая проблема: острая простуда, подергивание левого глаза, и боли в суставах. Она сказала, что чувствует себя очень нездоровой в течение последних пятнадцати дней.

П: Я чувствую себя больной, у меня депрессия; я просто чувствую себя нехорошо. Когда я с кем-нибудь разговариваю, я чувствую, что они как будто бьют меня по лицу. Я ощущаю боль так же, как все эти обиды и боль, которые я чувствовала до сих пор. Я чувствую себя как тележка, у которой отвалились колеса. Мои оба ребенка издеваются надо мной, они такие эгоисты. (Обычно я замечаю, что у пациентов бывают ухудшения, типа острых болей и лихорадок, которые развиваются в течение первых десяти дней после приема лекарства. Так что я дал ей плацебо).

27 сентября 2001 В течение последних пятнадцати дней я чувствую в себе больше уверенности. Я могу справляться с агрессивностью моего сына и его наглым поведением. У меня появилось столько мужества, что я вызвала полицию; я не боялась; я чувствую, что у меня стало больше самоконтроля. Он как террорист, просто нападает на тебя без всякого уважения. 20 ноября 2001 Я была как наблюдатель, без эмоциональных обид.

Он оскорбляет, бесится и несет бред. Он прыгал вокруг меня. Он хотел выбросить мой мобильный телефон из окна. Я просто стояла на своем. Я знаю одно, у этого мальчика проблемы. Что я могу сделать как мать? Сколько я могу с ним сражаться? У меня есть две возможности, слушать его, и я это делала, очень дипломатично. По крайней мере, он видит, что я его не боюсь. Раньше он видел, что я его боялась, но теперь я не боюсь. В последние несколько дней он даже стал разговаривать со мной как нормальный человек в здравом рассудке.

Потому что я приняла от него столько оскорблений. Может быть, это еще изменится, может быть, это и постоянно, но я чувствую, что каким-то неощутимым образом, я сама изменилась. Он говорит со мной разумно. Потому что я угрожала ему серьезными последствиями, что я вызову полицию. У меня здесь нет обратного пути. Больше ничто не действует. Я собираюсь подать прошение, и спросить, что я могу сделать, как избитая родительница. Мое здоровье, это слишком, и я не собираюсь больше этого терпеть.

Потом я сказала своему мужу, что нам придется постараться, чтобы убрать его из дома. Мой муж ничего не может сделать. Мой муж только сидит и все держит в себе. Ничего не меняется. Д: Какие перемены увидел ваш сын? П: Он увидел, что я могу быть очень твердой. Я совсем его не боюсь. Я чувствую в себе достаточно уверенности, чтобы взять все в свои руки, что я достаточно сильная. Д: Что означают эти перемены для вас? П: Это многое мне дало, в смысле самооценки, самоуважения, чего у меня было немного.

И это происходит во всех сферах моей жизни, даже если я с друзьями. Раньше я принимала любую чушь, но теперь, если я думаю, что что-то не так, я скажу об этом, и я буду принимать меры. У меня очень хорошее чувство по этому поводу. Конечно, это вызвало большие перемены и в моих отношениях с мужем. Я слишком долго принимала его отношение, в течение тридцати лет.

Я не кричу и не ору; я просто приняла очень твердую позицию. Он, (муж) может быть, чувствует, что я стала агрессивной. Он говорит, что не может этого терпеть, и я говорю, что ему придется это терпеть. Я всегда была тихой и спокойной, и теперь я больше не собираюсь. Никогда на мои желания и потребности даже не обращали внимания. Он не хотел тратить деньги на меня, и я сказала, тогда я возьму деньги с долг, или еще как-нибудь их достану.

Д: Как произошли все эти перемены? П: Я не знаю. Может быть, это ваше лекарство или еще что-нибудь. Я не знаю.

Ее сон стал очень хорошим, настроение улучшилось. Она перестала быть жертвой. В ее случае присутствует чувствительность к внезапным приступам, нападкам, ударам. Какова ее реакция? Что она делает с этим страхом, с этой чувствительностью? Как человек справляется с ситуацией, это определяется миазмом. Я буду избегать этой ситуации – это сикозный миазм. В ней нет паники, только попытки избежать ситуации. Конец случая заболевания.