Nux vomica (Bailey)

Воин Nux vomica рубит правду-матку сплеча

voiny

Завоеватель

Nux vomica — восхитительный и относительно редко встречающийся тип, характер которого гораздо интереснее, чем тот, который дан в старых книгах по Materia Medica, где основное внимание уделено раздражительности и гне-ну. Этот факт прискорбен, не только потому, что в результате гомеопаты пропускают значительное число пациентов Nux vomica, но и потому, что он ведет к недооценке индивидуальности Nux vomica, которая в целом обладает большим числом позитивных качеств, которых меньше, чем негативных.

Наи­более универсальной и фундаментальной чертой характера Nux vomica являет­ся жажда власти в сочетании со способностью захватывать власть и уверенно пользоваться ею. Фактически все индивидуумы Nux vomica— очень мощные люди, если только их не сокрушают несчастья (хотя, чтобы сокрушить Nux vomica, их нужно немало) и если они не надорвались сами. Nux vomica наибо­лее естественно чувствует себя «во власти», нежели любой другой конституци­ональный тип, в сущности без власти он не может быть счастлив. Он рожден повелевать, и он делает это с уверенностью и часто преисполнен благородства. Я выбрал шесть типичных характеров, или «архетипов», позволяющих представить различные качества, характеризующие психологию Nux vomica. Большинство индивидуумов Nux vomica сочетают в себе все эти «архетипы», однако какой-то один обычно преобладает.

Воин

Истинный воин — это Nux vomica, и у всех представителей этого типа воин­ственность в той или иной мере в крови. Для Nux vomica недостаточно успеха. Им нужна полная победа, именно она придает смысл его жизни. Тот миг, когда поверженный противник лежит у ног, — самый сладчайший для Nux vomica. После победы Nux vomica не почивает на лаврах. Он быстро вновь мобилизует свою мощь и ищет новых битв и новых завоеваний.

В современном мире осталось мало истинных воинов. Воин — это не просто боец или солдат, у него есть исключительные качества, отличающие его от последних. Воин не просто искушен в воинском искусстве — он бесстрашен, у него крайне подвижные психика и тело, и он обладает определенным благо­родством и честью. Солдаты Kali carbonicum или Natrum muriaticum, преиспол­ненные чувства долга, могут храбро сражаться за родину, однако они счаст­ливы, когда война заканчивается и можно вернуться под защиту надежных стен родного дома.

Воин Nux vomica, в противоположность им, получает наслаждение от борьбы и в мирных условиях начинает чувствовать некоторое беспокойство. Шекспир нарисовал прекрасный портрет воина Nux vomica в образе Готспера, пламенного графа Перси из «Генриха IV», который до конца своих дней так и не покорился королю. Во время мира Готспер не может думать ни о чем другом, кроме новых битв, даже во сне. (Леди Перси: «На днях к тебе вошла я. Ты дремал, шепча во сне о битвах и доспехах».)

Воин Nux vomica признает над собой власть только собственной судьбы и не терпит ничьего владычества, за исключением другого воина Nux vomica, чье умение и опыт превосходят его собственные. Если он входит в состав какого-то воинского подразделения, он может, стиснув зубы, выполнить команду, с которой не согласен, однако это дается ему с большим трудом; он поднимает­ся по иерархии чинов с максимальной скоростью, достигая положения, при котором ему не нужно ни перед кем отчитываться. (Кент: «Терпеть не может отвечать на вопросы» — это относится не только к нежеланию индивидуума Nux vomica отвечать на вопросы врача, но также к его нежеланию ни перед кем отчитываться за свои действия.)

Nux vomica крайне прагматичен и делает все с большой тщательностью (Кент: «Аккуратность»), в отличие от Sulphur, который часто не более чем теоретик. Командир Nux vomica — самый настой­чивый и способный воин в своем подразделении. Он идет впереди всех (по крайней мере, как правило) и не желает действовать иначе.

Индивидуум Nux vomica уверен в себе, он знает о своей мощи и склонен игнорировать правила и законы (в отличие от Arsenicum album и Natrum muriaticum, других склонных к тщательности типов). В любой ситуации Nux vomica чувствует себя обязанным самостоятельно контролировать происходя­щее и поэтому склонен рассматривать внешние правила как оскорбление свое­му естественному авторитету.

В результате воин Nux vomica часто становится «волком-одиночкой». В качестве прекрасного примера воина-одиночки мож­но упомянуть актера Клинта Иствуда и его экранных героев. Будь то скиталец по бескрайним прериям, покоряющий ковбойские поселения своей немногословной мощью, или полицейский из Нью-Йорка, герой Иствуда всегда идет своим путем и всегда побеждает. Хотя отчасти это плод воображения сцена­риста, данные характеры являются вполне достоверным портретом воина Nux vomica, который очень редко проигрывает. Еще один яркий пример данного типа — Мохаммед Али, легендарный боксер-тяжеловес. В отличие от многих своих противников, тяжелых и неповоротливых, Али «порхал, как бабочка, и жалил, как пчела». Его скорость и подвижность были очень красивы, а сби­тых с толку противников они буквально гипнотизировали. В типичной манере Nux vomica, Али никогда не пропускал возможности продемонстрировать свою широкую уверенную улыбку, а на ринге он постоянно восхвалял соб­ственную силу, восклицая: «Я — величайший!» — и спокойно позволял про­тивникам называть его прежним именем — Кассиус Клей. В отличие от суро­вых тяжеловесов Natrum muriaticum, воин Nux vomica похож на гепарда в своей грациозной смертоносности.

В отличие от Natrum muriaticum, Nux vomica сражается не из-за переполняю­щей его злости, а скорее из-за того, что это его место в жизни — это то, что ому нравится делать, и то, что он умеет делать лучше всего. Как только в его иоле зрения попадает противник, он уже не может думать ни о чем другом, кроме победы над ним. Однако, победив, он не испытывает к нему ни капли злости (за исключением случаев, когда Nux vomica вступает в борьбу из мести). Nux vomica с величайшим уважением относится к достойному противнику; подобное уважение испытывали друг к другу асы-пилоты воюющих сторон в обеих мировых войнах; это же уважение нередко проявляется в отношении военачальников к захваченным в плен вражеским офицерам. Если вы окаже­тесь на пути Nux vomica, он либо попросту не заметит вас, так как вы слишком мелкая сошка (Кент: «Презрительность»), либо мгновенно уничтожит вас ос­трым, как бритва, язвительным замечанием (а может использовать и более «весомые» аргументы). Как только он одержит над вами победу, он либо ибудет о вас, либо может стать вашим другом, если вы его заинтересуете. Nux vomica должен победить. Как правило, он совершенно лишен садистских на­клонностей, ему просто нужна победа.

У воина Nux vomica остается мало времени на утонченные занятия, такие, как искусство или любовь. Как замечает гений войны Готспер, «окончились турниры поцелуев, и в куклы стало некогда играть. Теперь в ходу разбитые носы и спрос на перебитые короны». Он никому не позволяет отговорить его от намеченного им самим пути и склонен взрываться гневом, если его серьез-ным делам мешают «всякие мелочи». Готспер отказывается отдать знатных пленников посланцу короля.

В воине Nux vomica есть определенная освежающая простота, имеющаяся в той или иной степени во всех представителях этого типа. Для такого человека жизнь состоит из сражений и удовольствия от борьбы. Им не нужны такие усложнения, как философия и мораль. «Этой ерундой» могут, по его мне­нию, заниматься только политики и софисты, которых он считает трусами и лжецами и часто уличает.

Воин Nux vomica рубит правду-матку сплеча. Он говорит правду, никогда не принимая в расчет чувства других людей (Кент: «Неосторожность, неблагоразумие»), что для одних является очень привлека­тельным, а для других несет угрозу, особенно для тех, кто пытается выдавать себя за кого-то другого, нежели они есть в действительности. Когда предводи­тель уэльсцев Оуэн Глендаур в типичной манере Sulphur похвалялся: «Я чер­том управлять вас научу», Готспер отвечает ему: «А я вас научу над ним смеяться. Любите правду. Это черту смерть».

Ничего не приносит Nux vomica большего удовольствия, чем возможность сбить спесь со слишком заносчивого нахала. Однажды мой друг Nux vomica обедал в компании одного довольно заносчивого доктора. Доктор решил посмеяться над его новым красным «порше», заметив, что его узкий корпус напоминает фаллический символ. На что мой друг спокойно парировал: «Теперь я знаю, почему у тебя нет «пор­ше». Твой вес не позволил бы тебе в него влезть».

Я думаю, что почти все великие полководцы относились к типу Nux vomica. Ни у одного другого типа нет настолько идеального для полководца набора качеств. Великие завоеватели — Чингис-хан, Александр Македон­ский — типичные представители воинов Nux vomica. Они были не только великолепными военными стратегами, но также обладали непреклонной решимостью и неудержимым стремлением к власти — они столь жадно рас­ширяли свои империи, что те достигли поистине гигантских размеров и их уже невозможно стало контролировать. Если у воина Nux vomica и есть какая-то слабость, то именно эта — он буквально разрывает себя на части в гноем стремлении ко все большему владычеству.

Обычный индивидуум Nux vomica (если термин «обычный» вообще при­меним к этой выдающейся личности) является достаточно хорошим страте­гом. Если он хочет завоевать благосклонность хорошенькой женщины или поглотить конкурирующую компанию, он планирует свои действия пре­дельно тщательно, а когда наступает нужный момент — без колебаний нано­сит решительный удар.

У Natrum muriaticum или Arsenicum album можно увидеть ту же тщательность, a Arsenicum album, кроме того, может демонст­рировать то же коварство, но им не хватает той «железной хватки», кото­рая обеспечивает успех Nux vomica. Когда Nux vomica достигает успеха, он издает победный клич и вскидывает кулаки в порыве самоутверждения и самовосхваления: «Я победил! Я— самый лучший!».

Воин Nux vomica — это не только поражающая пуля, это еще и порох, придающий силу ее полету. Индивидуум Nux vomica обладает гигантскими запасами энергии, дающими ему возможность бороться не уставая, пока бит-па не будет выиграна. Эта энергичность отчасти является результатом его фи-зической силы и закаленности, отчасти исходит из его несгибаемой решимос­ти. Большинство индивидуумов Nux vomica живет настолько активной жиз­нью, что все окружающие их буквально валятся с ног. Для них ничего не стоит работать в течение 12 часов, после этого выиграть одну-две партии в теннис, а только потом пойти поесть. Затем он может пить до изнурения в ночном клубе, в котором, несмотря на усталость, он чувствует радостное возбуждение. Чтобы быть в состоянии поддерживать подобный образ жизни, индивидуум Nux vomica часто тратит большое количество времени на физическую подго­товку. Многие из них предпочитают активные виды спорта — горные лыжи, теннис, которым они занимаются с той же настойчивостью и энтузиазмом, с которыми делают свою карьеру.

Я вспоминаю одного доктора Nux vomica, который мог каждый день проплывать несколько миль с довольно большой скоростью, готовясь к горнолыжному сезону. Это вовсе не суровый стоицизм Natrum muriaticum или Aurum metallicum, а простая практичность. Чем лучше будет его физическая подготовка, тем лучше и активнее он сможет скользить на лыжах. В типичном стиле Nux vomica он предпочитал, чтобы его доставляли вертолетом на недоступные горные вершины, и спускался вниз по дикому склону, где до него никто не проезжал.

Таким героям, как он, мало спокой­ных горных трасс — на них пусть катаются простые смертные. В том же стиле Nux vomica он достигал отличных результатов в самых разнообразных видах спорта и вообще во всем, на что он обращал свое внимание. Его жена говори­ла: «Мне кажется, что я замужем за суперменом».

Даже в самых мягких из индивидуумов Nux vomica время от времени прогля­дывает воитель. Те Nux vomica, которым еще не удалось достичь выдающихся побед, могут предаваться фантазиям о том, как они выигрывают грандиозные сражения.

Один из пациентов Nux vomica говорил мне, что часто фантазирует о том, как в одиночку побеждает банду молодчиков. Он был из числа не очень физически крепких Nux vomica, а его интересы имели преимущественно интел­лектуальный характер. Эта фантазия указывала на то, что и в нем живет воин, пытающийся пробиться из-под интеллигентной сущности. Сила приводит субъекта Nux vomica в восхищение, особенно в молодости, когда юноши Nux vomica подражают более мощным фигурам представителей этого же типа — это могут быть их собственные отцы Nux vomica, эффектные киногерои, на­пример в исполнении Клинта Иствуда, или исторические деятели.

Рыцарь

Не все воины Nux vomica безжалостны. Многие следуют строгому кодексу чести и любят защищать слабых. Легендарный Робин Гуд и рыцари Круглого стола — прекрасные примеры подобных Nux vomica. Как и большинство дру­гих мощных фигур, истинные рыцари обычно относятся к типам Nux vomica или Sulphur. Рыцарь Nux vomica обычно не такой идеалист, как Sulphur, но он будет защищать свою честь, а также честь своей дамы и своего короля до последней капли крови. (Готспер: «В гуще крапивы, которая называется опас­ностью, мы срываем цветок, который называется славой».)*

Образ Рыцаря воплощает все самые благородные качества Nux vomica. Сейчас не встретишь рыцарей в доспехах, однако в мире до сих пор сража­ются отважные рыцари Nux vomica, встающие на защиту слабых. Благород­ный рыцарь Nux vomica не выносит, когда наглец обижает слабого, а так как он не только благороден, но и силен, он любит вставать на пути притес­нителей. Мой школьный друг Nux vomica всегда защищал «слабаков» от школьного хулигана (который был типичным бунтовщиком Natrum muriaticum). Он никогда не дрался с ним, но одного взгляда его стальных глаз было достаточно, чтобы хулиган отступал.

Каждый мужчина Nux vomica является рыцарем для своей жены (или подру­ги) и своих детей. Хотя он может временами быть загружен работой до отказа, для своей семьи он — единственная опора, и он будет защищать ее даже на краю земли. Он может признавать равноправие женщины, но всегда видит разницу между полами и осознает, что роль мужчины включает в себя роль защитника и кормильца.

В Nux vomica всегда живет дух первобытного охотника. Метафорически выражаясь, в пещере он может таскать свою жену ча волосы, но всегда защитит ее и детей от любой опасности. Чем больше степень опасности, грозящей семье, тем более отважным становится Nux vomica в нем ярость соединяется с типичной для него решительностью.

Мне вспоминается один мой дальний родственник Nux vomica, рассказав­ший мне о драке в гостинице, в которой он принимал участие. Он остано­вился в ней с женой, а ночью их разбудили пьяные голоса мужчин, устро­ивших шумную попойку в соседнем номере. У его жены болела голова, и он, подойдя к двери соседнего номера, попросил не шуметь. На нем было только полотенце, обмотанное вокруг пояса.

Неудивительно, что в ответ он услышал лишь грубую брань подвыпивших соседей, одного из которых он ударил по лицу. Остальные бросились на него, но он увернулся и бросился бежать, крикнув жене, чтобы она крепко закрыла дверь. Хулиганы пресле­довали его, голого, до первого этажа, пока он не добежал до запертой двери и бежать стало некуда. Тогда он встал спиной к стене и приготовился драться. В течение пяти минут он сражался один против многих, отбивая удары ногами и руками, как каратист.

В конце концов он нашел на стене кнопку пожарной сигнализации и нажал ее, после чего приехала полиция и спасла его, хотя к тому времени лица нападавших были основательно разбиты, а двое лежали на полу, не в силах пошевелиться. Будучи типичным Nux vomica, он был очень горд своей победой и с наслаждением описывал все подробности этой схватки, хотя в его голосе сквозила некоторая не­брежность, мол, что тут особенного. Индивидуум Nux vomica имеет гораздо больше шансов оказаться в подобной ситуации, чем любой другой тип, поскольку он абсолютно не в состоянии снести оскорбление, нанесенное ему или его семье, и часто бросается на помощь жертвам уличных хулига­нов. Он предпочитает творить собственное правосудие, нежели полагаться на неуклюжую и непредсказуемую машину легальной законности.

Рыцарь Nux vomica обычно гораздо более учтив, чем «простые» воины •того типа. Хотя он никогда не льстит, он всегда крайне вежлив и особенно галантен с женщинами (встречаются и женщины Nuxvomica, однако те из них, с кем мне приходилось иметь дело, не относились к архетипу «рыцаря»). Грань, после которой галантность в отношении женщины переходит границы благородной вежливости и становится способом завоевания ее сердца, доста­точно зыбкая.

Большинство мужчин Nux vomica неравнодушны к женскому полу (хотя они могут проявлять при этом некоторый мужской шовинизм), и несмотря на то что, по сравнению с Nux vomica других подтипов, отношение к женщинам рыцаря Nux vomica отличается определенной чистотой, он стре­мится завоевать внимание привлекательных женщин, даже если он женат и вовсе не собирается затаскивать их к себе в постель. Подавляющее большинство мужчин Nux vomica имеют красивые, точеные черты лица (пример — Клинт Иствуд), а когда это сочетается с обаянием и неотразимым взглядом, то боль­шинство женщин не могут устоять. Большинство индивидуумов Nux vomica умеют приковывать к себе внимание. От них исходит личный магнетизм, осно­ванный как на внутренней силе, так и на естественной учтивости и грациозно­сти. Особенно это выражено у рыцаря Nux vomica, так как он обладает всей твердостью алмаза, который к тому же огранен и оттого сверкает ярче. По­добно мастеру восточных единоборств, он очень уравновешен. Рыцарь — са­мый изящный и красивый из всех индивидуумов Nux vomica. У него могут совсем не проявляться вспыльчивость и злобность, принесшие Nux vomica столь печальную славу, так что гомеопат может быть введен этим в заблуждение и вместо Nux vomica назначит такому больному более «сангвинический» препа­рат — Sulphur или Lycopodium.

Рыцаря Nux vomica также можно перепутать с преобразователем Causticum. Оба типа очень открыты, оба выглядят честными и смелыми, оба скорее склон­ны защищать слабых, нежели себя. Однако рыцарь Nux vomica, несмотря на всю свою галантность, достаточно прагматичен, в отличие от многих Causticum, лелеющих несбыточные надежды на преодоление несправедливости и предрас­судков. Тогда как Causticum обычно бросается в широкомасштабные проекты по исправлению всего плохого и полного искоренения страданий человече­ства, рыцарь Nux vomica берется за конкретные дела, борясь с несправедливо­стью, только когда он с ней сталкивается. Жестокость по отношению к слабым вызывает его негодование, но затем он возвращается к обычной жизни, тогда как Causticum постоянно захвачен своей «миссией». Образы героев, таких, как Бэтмен и Супермен, основаны на личности рыцаря Nux vomica. Они всегда практичны и помогают людям в конкретных ситуациях, а не пытаются перестроить политическую или социальную структуру общества.

Рыцари Nux vomica — наиболее духовный подтип этой конституции. Многие гомеопаты не считают личность Nux vomica особенно духовной, однако мне встречалось несколько индивидуумов Nux vomica определенно духовной направленности. Nux vomica всегда стремится к вершине, и для некоторых из них вершиной является максимальная уравновешенность ума и тела, состояние покоя духа и целомудрие. Духовно ориентированные индивидуумы Nux vomica стремятся к своим высоким целям с той же настойчивостью, с какой другие стремятся к богатству и временному могуществу. Они проводят долгие часы в молитве, устремляя внимание на высокое с той же сосредоточенностью, с какой другие сосредоточены на битве, и (на ранних этапах своей духовной практики) они столь же яростно взрываются, если их отвлекают от медитации. Когда же они достигают той цельности, к которой стремятся, или приближа-ются к ней, они снова расслабляются и начинают получать удовольствие от физического мира, но уже на более высоком уровне, спокойнее и с более широкой перспективой. Традиция быть в подчинении от духовного наставни­ка на пути к высотам духовной жизни очень подходит для индивидуума Nux vomica, который стремится преклонить колени перед более великим, чем он сам, но только до тех пор, пока он сам не достигнет величия. Nux vomica никогда не согласится вечно оставаться вторым.

Император

Индивидуум Nux vomica рожден для лидерства. Но одни короли — благо­родные вожди, а другие — тираны. Так и лидер Nux vomica. Общим между тираном и благородным вождем является то, что оба не выпускают контро-ляиз своих рук и точно знают, что делают.

Я знал одну пару — отца и сына (оба Nux vomica), и оба они достигли положения во власти. Отец был типичным примером безжалостного тирана, тогда как сын был строгим, но справедливым и порядочным начальником. Оба они достигли заметных успехов в жизни, и сын всегда уважал отца за его силу и за то, что он сам пробился в жизни, превратившись из оборванца в миллионера, однако, несмотря на это, сын предпочел отказаться от безжало-с гной тактики отца. Эта пара ярко иллюстрирует очевидную близость двух разноидностей правителя Nux vomica.

Причина же различий состояла в том, что у отца было очень тяжелое детство и это сделало его жестоким, а у сына не было необходимости прокладывать себе дорогу. Ему уже не нужно было идти на шантаж, обманывать и расталкивать людей, чтобы достичь своего положения, поэтому он стал вполне приятным и приветливым боссом. Он остался сыном своего отца и без колебаний мог устроить взбучку нерадивому подчиненному, однако он, в отличие от отца, никогда не бил ниже пояса.

Властелин Nux vomica, сам прорвавшийся к власти, пожалуй, является са­мым страшным деспотом из всех возможных. (Отсутствие Nux vomica в рубрике «Диктатор» реперториума Кента является очень странным. На самом деле этот препарат должен стоять в ней в третьей степени.) Он должен идти своим путем во всех вещах, и «компромисс» для него означает «слабость». Подоб­ный тип Nux vomica гораздо более соответствует образу Императора, чем Короля. Он постоянно думает о расширении своей империи и для этого идет и на обман, на насилие. Отец Nux vomica о котором я говорил, создал свою деловую империю самостоятельно, начав с должности простого служащего в туристическом агентстве. В своем стремительном продвижении к власти он прошел по трупам огромного числа людей, оказавшихся на его пути. По словам его дочери, у отца все время были наготове «методы воздействия» на других людей, если они начинали ему мешать.

Иными словами, он их шанта­жировал. Причем в семье он делал это столь же безжалостно, как и в бизнесе. Если дочь в чем-то ему перечила, он угрожал продать ее любимую лошадь и, даже хуже того, постоянно говорил, насколько она хуже дочери его любов­ницы. В своем бизнесе он знал все обо всех. Даже менее безжалостные индиви­дуумы Nux vomica стремятся к большей осведомленности, чтобы оказать влия­ние и избежать осуждения, однако тиран Nux vomica также использует со­бранную им информацию для открытого шантажа. Такие люди никогда не совершают благородных поступков, если только у них не будет тайных причин для этого, причем эти причины обычно связаны с возможностью усилить собственную власть, получить удовольствие или уйти от ответственности.

Я вспоминаю, что перед моей первой встречей с этим отцом Nuxvomicaмне очень много говорили о его жестокости и беспринципности, однако предупредили при этом, что его обаяние может скрыть все отрицательные качества и расположить меня к нему.

Я решил внутри себя не поддаваться на внешнее обаяние, однако ничего не помогло. Еще не закончился ужин, как я уже совершенно подпал под его обаяние. Он отличался тонким юмо­ром, глубокими и разносторонними знаниями, отменными манерами. Я ни на минуту не усомнился в его жестокости, однако это не помешало мне насладиться вечером в его обществе.

И точно так же многие тираны отличались обаянием и привлекательной внешностью. Свою власть они удерживают, отчасти запугивая недовольных, отчасти обманывая толпу. Они внушают массам, что они думают об их инте­ресах, и ни о чем другом. (Великий психоаналитик Карл Юнг при первом знакомстве с итальянским диктатором Муссолини пал жертвой его обаяния. Он писал об исходящих от Муссолини токах энергетики и оптимизма, выгод­но отличавших его от мрачного впечатления, которое произвел на Юнга Адольф Гитлер. Я думаю, что этот контраст является отражением различия между относительно психически здоровым диктатором Nux vomica (Муссолини) и невменяемым диктатором Stramonium или Veratrum album (Гитлер).

Подобно другим Nux vomica. Император очень прагматичен. Если это биз­несмен, то отлично знает, что нужно купить, а что продать. Он знает, какую машину нужно приобрести, чтобы выглядеть наиболее эффектно, и какой доктор сделает аборт его любовнице, не задавая лишних вопросов.

Он крепко держит свою жизнь под контролем и лишь небольшую часть ответственности может передать другим, и только тем, кому доверяет. (Чаще всего родственни­кам. У Nux vomica клановое мышление, он доверяет только своим и только о своих заботится.) Можно назвать много примеров императоров Nux vomica. Отличными примерами этого подтипа являются боссы мафии, с их респекта­бельной внешностью, тактикой устрашения и полным сосредоточением всей власти в своих руках.

Императорами Nux vomica обычно являются правящие диктаторы, а также главы транснациональных компаний. Медиамагнаты тоже часто имеют конституцию Nux vomica. Их страсть к владычеству заставляет поглощать все новые и новые средства массовой информации, которые они потом используют не только для воздействия на электорат, но также и для влияния на самих политиков, попадающих во все большую зависимость от них. Только воротилы Nux vomic aмогут сделать так, чтобы платить подоход­ный налог в десять раз меньше, чем должны были.

Король

Я назвал более умеренного властелина Nux vomica Королем, чтобы отличить его от хищника-Императора. Король наслаждается своей властью и умеет править, однако он не лишен благородства и добрых чувств, а подданные часто любят его. Таким человеком был сын отца-тирана, о котором я уже говорил. Он был очень уважаем своими подчиненными (многие из которых были значительно старше его) не только благодаря своему обаянию, но и потому, что мог делать работу каждого из них.

Когда отец готовил его к управлению большой фабрикой, сын постарался изучить каждую рабочую и социальность в цехах. Таким образом, к 23 годам он гораздо лучше любо­го опытного управляющего знал особенности производства и никто из рабочих не мог его провести. Начальник цеха, мужчина старше его в два раза, работавший еще с его отцом, говорил мне, что, несмотря на то что он казался более добрым, он не меньше отца держал все под контролем. Королю Nux vomica не нужно накапливать огромное богатство или влияние, в которых нуждается Император, однако собственным королевством он пра-нит крепкою рукой.

Король Nux vomica обладает гораздо большим эмоциональным здоровьем, чем Nux vomica-Император. Он может быть также зациклен на своей работе, однако он находит время и для семьи.

На работе он достаточно суров и въедлив, однако вполне может отдавать себе в этом отчет и даже стараться стать мягче. В то же время дома он становится добродушным и веселым. Подобно льву, отдыхающему после охоты среди своих детенышей, Nuxvomicaчасто с наслаждением проводит время в домашней обстановке, предоставляю­щей ему возможность получить тепло и-расслабиться. Дома он остается Коро­лем, однако вполне может переложить решение домашних вопросов на Коро­леву. Она не вмешивается в его работу, и в большинстве случаев не вмешивается в ведение хозяйства. (Обычно он женится на женщине, способной обеспечить ему надежный семейный тыл и стабильность в доме.)

Многие политики относятся именно к этому подтипу Nux vomica, особен­но наиболее динамичные и успешные. Они быстро приобретают извест­ность, и пока они заботятся о том, чтобы поддерживать в людях уверен­ность в своем превосходстве, они остаются на вершине. Ничто так не прико­вывает внимание публики, как гладиаторские бои между соперничающими политиками Nux vomica, особенно когда они принадлежат к одной партии. В этих случаях Nux vomica использует все свои способы воздействия на людей, взывая к преданности одних и страхам других.

Когда Nux vomica приходит к власти, он не забывает ни друзей, ни то, за что он обещал простить врагов. Король может быть великодушнее, чем Император, однако в реальности граница между ними зыбка и редко можно встретить индиви­дуума Nux vomica, который бы простил своих врагов прежде, чем он «по­ставил бы их на место».

Маргарет Тэтчер, первая женщина премьер-министр, — великолепный при­мер Короля (или Королевы) Nux vomica, у которого иногда проявлялись за­машки Императора. Только женщина Nux vomica может возглавить партию, состоящую преимущественно из мужчин, и не просто возглавить, но и вну­шить им страх, смешанный с уважением и воодушевлением. В типичной мане­ре Nux vomica она правила абсолютно авторитарно. Фактически она была самым авторитарным британским премьер-министром XX столетия. Поддерж­ка вознаграждалась, но критику Тэтчер не переносила (Кент: «Гнев от возра­жений»). К ее третьему премьер-министерскому сроку в ее кабинете почти не осталось ни одного человека из ее первоначальной команды, за исключением самых уступчивых. Несмотря на бескомпромиссный стиль (или, возможно, благодаря ему), Тэтчер в течение десятилетия оставалась на пике популярнос­ти. Многие не любили ее, но тем не менее уважали, понимая, что немногие политики способны сдерживать натиск монолитных британских профсоюзов и сломить их доминирование в экономике. Подобно большинству правителей

Nux vomica, для Тэтчер не существовало слова «компромисс». Она знала, что она права, и не видела причин, по которым она должна была выслушивать мнение оппонентов. В известном смысле правитель Nux vomica больше подхо­дит для однопартийной системы, где он мог бы делать свое дело, не думая о своей популярности. К сожалению, такая система больше всего способствует возникновению самых жестоких диктаторов Nux vomica,

Маргарет Тэтчер проявляла очень много качеств, характерных для фигу­ры Короля Nux vomica. Она очень высоко ценила личные свободы и прин­цип вознаграждения каждому по индивидуальным заслугам. Nux vomica— крайне независимый тип, и точно так же, как он не выносит, чтобы другие вмешивались в его дела, он ожидает, что и другие будут делать так же. Очень небольшое количество индивидуумов Nux vomica находят время для благотворительности. Они могут признавать необходимость системы соци­ального обеспечения, однако их возмущает порождаемые ею зависимость и пассивность, а также неизбежность злоупотребления в ней.

Я вспоминаю в связи с этим «велосипедиста» Нормана Тэббита, одного из немногих мини­стров кабинета Тэтчер, которые обладали достаточной силой и «черствос­тью», чтобы заслужить ее уважение. Его знаменитое заявление о том, что безработные должны садиться на велосипед и ехать на поиски работы, име­ло определенно «нуксвомический» оттенок.

Другой чертой Nux vomica у Маргарет Тэтчер являлось ее свойство гово­рить прямо, без дипломатических обиняков. Она всегда называла вещи сво­ими именами, чем завоевала симпатию очень многих людей, однако это же сделало ее имидж жестким и грубым. Впоследствии на смягчение этого имиджа были потрачены миллионы с привлечением лучших имиджмейкеров и специалистов по рекламе, которые смягчали острые углы, приводя в по­рядок как ее высказывания, так и ее прическу.

Лидеры Nux vomica быстро распознают таланты. Они склонны культиви­ровать протекцию, и этому есть несколько причин. Во-первых, им приятно работать вместе с человеком, обладающим той же решительностью и способ­ностями, что и они сами.

На вершине иногда становится одиноко, и проте­же может составить им неплохую компанию (особенно если это другой Nux vomica). Во-вторых, они могут доверить результаты своей работы только рому, кто приучен относиться к работе столь же ревностно, как и они сами. В-третьих, протеже действует как продолжение их самих и всей их власти в худущем. Для Nux vomica непереносима сама мысль об отсутствии наследни­ка, того, кто мог бы продолжить династию.

Те индивидуумы Nux vomica, которые не достигли широкой известности, все равностараются завоевать авторитет в своей области. Однажды я познакомился с одним натуропатом, который раньше был офицером военно-морского флота. Он ходил по своей клинике как капитан по палубе корабля, отдавая приказания своей «команде» и распекая ее за малейшую оплошность. Когда он показывал мне свою клинику, он уделил очень много времени демонстра­ции своего впечатляющего нового оборудования. После этого он произнес небольшую речь о прискорбном недостатке признания, которого так не хвата­ет его специальности, и о тех потрясающих результатах, которых они добива­ются. Подобно многим другим индивидуумам Nux vomica, он огромное вни­мание уделял саморекламе. Особенно характерна эта тенденция для тех Nux vomica, которые все еще занимаются постройкой стартовой площадки для своего взлета. Когда они достигают вершин, тенденция к самовосхвалению заметно уменьшается. Этот «капитан» в конце концов обратился ко мне по поводу «нервного перенапряжения», которое вызвало у него диспептическое расстройство, и все его недомогания быстро прошли под действием Nux vomica.

Строгий начальник может относиться к различным конституциональным типам. Особенно часто Nuxvomicaздесь путают с Arsenicumalbum. Оба типа крайне озабочены эффективностью работы и могут проявлять определен­ную скупость; оба типа озабочены тем впечатлением, которое они оказыва­ют на окружающих, хотя Arsenicumalbumможет особенно зацикливаться на деталях своего имиджа и, в отличие от Nux vomica, столь же педантичен в частной жизни. Принципиальным отличием между двумя препаратами яв­ляется степень уверенности, с которой они добиваются высокого положе­ния. Индивидуум Arsenicum album производит впечатление очень уверенно­го в себе человека, однако он переживает и сомневается в успехе гораздо больше, чем Nux vomica, от чего внешняя уверенность Arsenicumalbumста­новится более «хрупкой». Неблагоприятные обстоятельства быстро вызыва­ют на его лице выражение тревоги и беспокойства, тогда как индивидуум Nux vomica обладает сильной верой в себя и его не так просто заставить «дрожать».

Оба типа склонны сильно раздражаться, когда кто-то из их подчиненных оказывается ниже их собственных стандартов, однако Nux vomica гораздо быстрее «спускает собак» на людей, чем Arsenicum album, (Требовательным начальником также может быть Natrum muriaticum. Мно­гие Natrum muriaticum являются одновременно и перфекционистами, и тру­доголиками, и некоторые из них требовательны к подчиненным не меньше, чем к себе. Другие начальники Natrum muriaticum могут быть гневливыми людьми, выплескивающими свою агрессию на подчиненных, аналогично не­которым боссам Nux vomica или Arsenicum album,)

В отличие от Arsenicum album, Nux vomica вполне приемлет двойные стан­дарты. Поскольку он чувствует себя королем, он склонен ожидать от других Nux vomica полной покорности его «повелениям», не требуя от него показать пример. Из трех перечисленных типов Nux vomica меньше всего склонен подчиняться правилам и порядку.

Nux vomica- наиболее естественный лидер, поэтому в этой роли он чув­ствует себя более спокойно и уверенно, чем представители других типов, исключая разве что Sulphur, также рожденного для лидерства. Хотя Nux vomicaи становится раздражительным, когда все идет не очень хорошо, он гораздо более бодр и жизнерадостен, чем Arsenicum album и Natrum muriaticum, когда дела идут на лад.

Успех действует на Nux vomica как живительная влага, и в хорошие периоды он может быть очень веселым и задорным с подчиненными. Это очень общительный тип, которому особен­но нравятся компании умных, надежных людей, а также людей с высокой сексуальностью. Nux vomica может быть лучшим из боссов, когда доволен, но в плохие периоды он становится невыносим.

Руководитель Nux vomica может быть очень великодушен, до тех пор пока его положению ничто не угрожает. Если же он чувствует угрозу, он стано­вится мелочным и мстительным. Более того, у индивидуума Nux vomica могут возникнуть параноидальные идеи, касающиеся соперничества (Кент: «Кажется, что его преследуют»). Даже когда он находится на вершине успеха и положение его как никогда прочно, он может начать нервничать, если на сцене появляется молодой, хоть и менее опытный борец, даже если он никак не может угрожать его позиции. Иррациональное раздражение быстро переходит в гнев, выражающийся в навязчивых попытках задавить новичка.

Индивидуум Nux vomica может пойти очень далеко в своем стремлении очернить «соперника» (Кент: «Ревность», «Склонность к клевете»), хотя все будет говорить о том, что тот никак не может ему угрожать! Подобные параноидальные выходки выделяются темным пятном на фоне спокойной уверенности, с которой Nux vomica обычно ведет свои дела, и обнажают уязвимое место Короля.

Однажды я стал очевидцем подобной реакции в госпитале, где я работал. Один из моих коллег был «золотым мальчиком», молодым доктором Nux vomica, который не только знал о медицине намного больше, чем его препо­даватели, но был также очень обаятелен и красив внешне. Причем он с боль­шой осмотрительностью и тактом демонстрировал свои исключительные познания. На клинических обходах он высказывал свое мнение спокойно, но умеренно, а профессор обычно выдавал его мнение за свое собственное, выра-жая одобрение величественным кивком головы. Все шло хорошо и замечатель­но, так как он действительно был лучшим. Однако я увидел и другую сторону этого обычно приветливого коллеги, когда к нему прикрепили доктора-практиканта, оказавшегося в его бригаде.

Этот практикант, скорее всего, сам отно­сился к типу Nux vomica, так как задавал слишком много вопросов и очень возмущался, когда ему не отвечали или, хуже того, отделывались снисходи­тельной репликой. Он постоянно задавал вопросы, так как его обуревала жажда знаний, однако его наставник Nux vomica расценил это как нахальство и в течение нескольких недель занимался систематической травлей, критикуя каждое его высказывание и публично его высмеивая.

Когда через некоторое время доктору-практиканту пришло время повторно заключать контракт с госпиталем, его наставник дал ему такую сокрушительную характеристику, что контракт был тут же расторгнут. Я был совершенно потрясен трансформа­цией, которая произошла с моим товарищем Nux vomica, пока до меня не дошло, к какому конституциональному типу он относится. Вопросы нового энергичного коллеги заставили его почувствовать угрозу своему положению признанного лидера и привели в ярость. Nux vomica обожает соревнования в спорте и в других играх, но в работе, где ставки слишком высоки, он будет изо всех сил защищать свою позицию лидера, не останавливаясь ни перед чем. (Здесь на ум приходит обыкновение боссов мафии убивать любого самого мелкого человека из своего окружения, который выкажет хоть малейшую тенденцию к самоволию.)

В отличие от задаваки Lycopodium, чья заносчивость является не более чем реакцией на внутренний комплекс неполноценности, индивидуум Nux vomica излучает ауру уверенности в себе и превосходства над другими. (Где-то посе­редине находится Arsenicum album, порой напоминая задаваку, иногда уве­ренно проявляя манеры прирожденного аристократа.) Опытный наблюдатель может распознать индивидуума Nux vomica по тому, как он себя держит.

Как истинный король, он гордо несет свою голову, но эта гордость спокойная, а не напряженная (в отличие от Arsenicum album и Lycopodium). Его походка -либо быстрая и уверенная, голова посажена прямо, глаза смотрят вперед, он не отвлекается по сторонам; либо это расслабленный размашистый шаг. Эта расслабленная размашистая походка очень характерна для Nux vomica (а так­же для Sulphur, чья гордость выглядит столь же естественно). Это очень есте­ственная, очень уверенная походка, которую часто можно увидеть у высоких индивидуумов Nux vomica. Самый яркий пример такой походки — у экранных героев Клинта Иствуда, которые ходят по незнакомым городкам, словно это их собственность. Обратите внимание, насколько естественно, ненапряженно двигаются бедра и плечи и с какой уверенностью смотрит такой герой вокруг, словно у него в запасе все время мира. Он — самый лучший, и он это знает, а потому он может позволить себе делать и говорить все, что ему вздумается. Очень многие индивидуумы Nux vomica ведут себя именно так, что приносит им и восхищение, и репутацию самонадеянного и высокомерного человека, а то и личности с асоциальным поведением.

Благодаря тому что Nux vomica чувствует себя королем, он начинает счи­тать, что ему подходит только самое лучшее, и если по каким-либо причинам он не может добиться лучшего, он обычно находит кого-либо, кто может ему помочь, либо действует по принципу «куплю сейчас, а заплачу позже». Прав­да, его многочисленные таланты и способность без особых затруднений идти вперед обычно обеспечивают ему уверенность в том, что в будущем он вполне сможет с избытком расплатиться со всеми долгами.

По крайней мере ему так кажется, и обычно он оказывается прав. (Примером может служить предпри­ниматель Nux vomica, который берет в кредит больше денег, чем позволяет его прибыль. Благодаря непоколебимой уверенности в себе он не вызывает сомне­ний в платежеспособности и может продолжать занимать деньги на свои забавы; при этом ни у кого не вызывают беспокойство гигантские размеры одалживаемых ему сумм.) Индивидуум Nux vomica не видит ничего плохого в покупке безумно дорогих предметов роскоши, поскольку чувствует себя коро­лем и эта роскошь воспринимается им как должное. (Здесь на память прихо­дит Поль Китинг, наделавший большой шум своим заказом в Таиланде стола из тикового дерева для парламента, стоившего несколько тысяч долларов, который потом оказался в доме его друга. Он, так же не моргнув глазом, украсил свой офис эстампами с изображением австралийских птиц, заплатив за них из общественных денег около 70 тысяч долларов.)

Знаток

Многие индивидуумы Nux vomica становятся экспертами, часто больше чем в одной области. Nux vomica обладает естественной тягой к исключительно­сти, а когда это сочетается с острым, проницательным умом, как это часто и бывает, мы видим личность, обладающую огромным запасом знаний в интересующих ее областях. Очень большое число индивидуумов Nux vomica становятся знатоками в своем деле. Однажды я лечил одного сорокалетнего мужчину от шума в ушах. Первое, что бросилось мне в глаза при встрече с ним, были ясность и пронизывающая прямота его стальных голубых глаз, напомнивших мне актера Клинта Иствуда. Во время опроса он рассказал мне, как еще в школе решил быть лучшим во всем, что он делал, а затем воплотил это решение в жизнь, став известным астрофизиком и работая в НАСА. Он пригласил меня к себе домой, который оказался красивым особ­няком в стиле ранчо, стоящим на холме, обращенном к океану. К тому времени я уже не удивлялся тому, что он сам спроектировал и построил этот дом.

Он знал огромное количество вещей, однако, в отличие от знато­ков Lycopodium или Natrum muriaticum, не важничал и не кичился своими знаниями. Просто он очевидно получал от этого удовольствие. Его шум в ушах очень хорошо отреагировал на Nux vomica 10 М. Он не прошел совсем, однако после лекарства перестал мешать ему работать и радоваться жизни.

Знаток Nux vomica знает на самом деле очень много, но он вовсе не всегда и не во всем бывает прав. Тем не менее он* нередко действует так, как если бы он никогда не ошибался. Он слишком уверен в своих знаниях, и эта уверенность распространяется на те области, где его понимание и опыт уже достаточно ограниченны. (Однажды я читал лекцию о гомеопатии одному доктору Nux vomica, который знал только краткое описание действия некоторых лекарств. Когда я сказал ему, что существует больше одного гомеопатического лекарства от бронхита, он проигнорировал мое замечание, поскольку оно не укладыва­лось в имевшуюся в его голове схему.) Это пример достаточно распространен­ной для Nux vomica переоценки собственных возможностей.

Мне пришлось иметь дело с двумя гомеопатами Nux vomica, оба имели очень обширные знания, превосходящие средний уровень. Кроме того, оба считали, что они всегда правы и всегда начинали кипятиться, когда их назначения оспаривались другими гомеопатами. Существуют как знатоки Nux vomica, которые постоянно озабочены попол­нением запаса своих и без того обширных знаний, так и те, которые более спокойно относятся к своему образованию.

Первые обычно не отличаются от последних по яркости производимого ими впечатления, однако они более зациклены на своем предмете. Один из известных мне гомеопатов Nux vomica относился к первой разновидности. Он читал Materia Medica в постели к неудовольствию своей жены и был склонен говорить о гомеопатии больше, чем о чем-либо другом. Другой был столь же способным гомеопатом, но его интерес не отличался подобной навязчивостью. Он шлифовал свое мастерство постепенно, не особенно увлекаясь теорией, и кроме гомеопатии интересовал­ся многими другими вещами, любил юмор и спортивные игры. Многие инди­видуумы Nuxvomicaобладают настолько блестящим умом (Кент: «Обилие идей; ясность ума»), что им не нужно напрягаться, чтобы достичь великолеп­ных результатов. Затем они могут потратить все силы на то, чтобы стать мировыми лидерами в данном вопросе либо остаться простыми знатоками своего дела, часть времени тратя на удовольствия и прочее.

Как и другой жадный до знаний тип, Sulphur, Nux vomica обычно с удоволь­ствием делится тем, что он усвоил. Более того, он обожает это делать. Оба типа склонны к хвастовству, а эксперты обоих типов, не задумываясь, хваста­ются своими знаниями. В отличие от эксперта Kali, знаток Nux vomica обычно имеет хороший контакт со своей аудиторией, поскольку он уверенно чувствует себя в обществе; это человек, стремящийся быть в гуще событий, а не просто книжный червь.

После того как он объяснит вам устройство реактивного двигателя, он вполне может потрепать вас отечески по спине и пригласить на ужин, на котором потрясет вас прекрасным знанием особенностей шанхайс­ких борделей или еще чем-нибудь необычным. Как и Sulphur, Nux vomica обычно бывает хорошим рассказчиком. Благодаря своему опыту, уверенности в себе и стремлению быть в центре внимания он может рассказать забавную историю с не меньшим мастерством, чем прочесть лекцию. Читая лекцию, Nux vomicaиногда бывает несколько напыщен и излишне серьезен, но как рассказ­чик он обычно нетороплив и лаконичен.

Хотя Nux vomica может иногда заполнять пробелы в своих знаниях догадка­ми (которые, кстати, обычно бывают верны), как правило, на его знания можно положиться. Nux vomica очень серьезно относится к фактам. Он интел­лектуально аккуратен, как и Kali carbonicum, но более прагматичен при этом. Если индивидуум Kali carbonicum будет досконально знать устройство именно этого автомобиля, то Nux vomica пойдет дальше — он разберет этот автомо­биль и соберет его заново, при этом что-то видоизменяя — просто так, ради интереса.

Если его машина ломается, он обычно понимает, в чем дело, и чаще всего в состоянии самостоятельно устранить поломку. С другой стороны, Nux vomica не склонен надоедать слушателям скучной им информацией (оставляя это занятие для Kali carbonicum, Lycopodiumи Sulphur).

Знаток Nux vomica отличается от других тем, что его интерес к знаниям продиктован в первую очередь практической необходимостью. Фактически всё, чем занят Nux vomica, ориентировано на конкретные результаты, в том числе его специальные знания. Знатоки Lycopodium и Sulphur любят знания ради знаний и, как следствие, могут увлеченно заниматься второстепенны­ми деталями, не имеющими практической ценности. Знатоки Natrum muriaticum, Arsenicum album и Kali carbonicum обычно очень въедливы и любят складывать воедино мельчайшие детали, иногда с риском за деревья­ми не заметить леса. В отличие от них, Nux vomica стремится к самой сути, игнорируя побочную информацию, не существенную для интересующего его окончательного результата.

Например, гомеопат Nux vomica может вы­работать систему идентификации лекарственных типов, используя очень ог­раниченный набор отличительных критериев для каждого типа. Если он видит, что пациент укладывается в эти критерии, он может проигнориро­вать сотню мелких симптомов, так как они не нужны ему в его поиске. В отличие от него, гомеопаты Natrum muriaticum или Kali carbonicum будут стремиться зафиксировать по возможности всю информацию, выбирая леарство с учетом всех полученных ими данных.

Несмотря на относительно короткий опрос, назначения гомеопата Nux vomica обычно бывают не хуже, если не лучше, чем у других. Индивидуум Nux vomica не имеет себе равных по способности вычленять самую суть из информации. Его подход вовсе не поверхностен. Наоборот, он обычно проникает в самую сердцевину. Гомеопат Nux vomica может докопаться до самой глубинной патологии пациента, не обращая особого внимания на периферические проблемы. Поступая таким образом, он обычно делает правильное назначение, затрачивая на это очень мало времени.

Подобно завоевателю Nux vomica, предпочитающему молниеносные уда­ры по опорным пунктам противника, парализующие его оборону, интел­лектуал Nux vomicaобычно с необычайной точностью заостряет внимание на самой сути проблемы. Он способен быстро считывать информацию, а затем погружается в полученный материал, постоянно имея перед глазами направление и не блуждая в джунглях отвлекающих деталей.

В этом он похож на орла, широкими кругами парящего над огромным простран­ством информации, но, увидев нужную ему «добычу», он действует стреми­тельно и точно. Эта тактика очень отличается от кропотливой работы ин­теллектуалов Kali carbonicum и большинства Lycopodium, на пути к сути аккуратно откалывающих маленькие кусочки от глыбы информации. У Nux vomica нет ни интеллектуального вдохновения и оригинальности Sulphur, ни любви последнего к абстрактным идеям, однако в способности схватывать суть у Nux vomica нет соперников.

Если на индивидуума Sulphur нередко находит абстрактное интеллектуаль­ное вдохновение, субъекта Nux vomica могут точно так же поглощать амбици­озные планы по приложению полученных ими знаний. Он может не спать ночами, сгорая от возбуждения и конструируя в голове планы будущих свер­шений (Кент: «Обилие мыслей по вечерам»).

Эти планы могут варьировать от скромного выбора музыкального центра, который он планирует купить на следующий день, до сложнейших расчетов, которые бы позволили создать космическую станцию с автономным от Земли управлением. Эксперт Nux vomica обычно достигает больших высот, поскольку его знания сочетаются со страстным стремлением к достижению конкретных результатов и практически­ми навыками, позволяющими воплотить его планы в жизнь.

Иногда феноменальная способность знатока Nux vomica к схватыванию сути может обернуться ему во вред. Он может слишком зациклиться на узком поле своей сферы интересов и не учесть важных сторонних фактов. Например, хиропрактик Nux vomica может достигнуть совершенства в рас­познавании спинальных подвывихов и мастерски вправлять их, однако он может не обратить внимание на такую «мелочь», как высокая температура у пациента, которая требует дополнительных диагностических исследова­ний перед проведением манипуляций на позвоночнике. Более банальный пример узости взглядов знатока Nux vomica: хирург, для которого психоло­гическое состояние пациента не играет никакой роли, а его здоровье инте­ресует только в отношении успеха или неуспеха операции. Обычно такие хирурги являются виртуозами оперативных техник, однако их бездушие бывает пагубно для пациента и раздражает врачей других специальностей.

Очень большой процент хирургов имеют конституциональный тип Nux vomica. Хирургия привлекает Nux vomica возможностью достигнуть высоких результатов, известности и положения с помощью хорошего владения скальпелем. Склонность Nux vomica к высокомерию еще больше предраспо­лагает его к тому, чтобы считаться только со своей точкой зрения, тогда как мог быть необходим более широкий взгляд. Индивидууму Nux vomica часто кажется, что он может справиться сам, не полагаясь на чужой опыт, и эта особенность становится одним из его основных уязвимых мест.

Плейбой

Стать гедонистом и кутилой может представитель любого конституционально­го типа, однако наиболее предрасположены к этому четыре типа: Nux vomica, Lachesis, Tuberculinumи Lycopodium. При всей своей целеустремленности Nux vomica склонен давать волю чувственным наслаждениям. Его жажда к возбуж­дению, пище, алкоголю и сексу столь же неутолима, как и жажда власти (Кент: «Возбудимость», «Алкоголизм», «Склонность к распутству»).

Одним из самых уязвимых мест Nux vomica является высокомерие. Склонность идти на поводу своих страстей — другое его уязвимое место. Часто окружающие поражаются, как динамичный предприниматель, разгромивший множество конкурентов на фондовой бирже и добившийся железной дисциплины среди своих сотрудников, вдруг заказывает себе огромное мороженое, которое едва может съесть и которое беззастенчиво пожирает на глазах у всех. Обычно Nux vomica очень бесхитростен в своих желаниях.

Словно ребенок, он удовлетво­ряет свои прихоти, не задумываясь. Он прерывается, чтобы выкурить сигару или выпить виски, а затем возвращается к своей «первой любви» — достижени­ям, успеху и тому влиянию, которые они приносят.

Многие индивидуумы Nux vomica имеют подвижную, возбудимую нервную систему, а также соответствующий ей высокий метаболизм, который требует необычайно большого количества пищи и питья. Одни Nux vomica любят быс­трую закуску, хватая гамбургеры на бегу, будучи поглощены игрой или работой. Другие — гурманы, предпочитающие устраивать маленький пир хотя бы раз в день, а иногда и чаще.

Последние часто полнеют, несмотря на высокий метаболизм и исходно худое, жилистое тело конституции Nux vomica. Тради­ционно пиры являются атрибутом Королей, а также Императоров. Римская империя, очевидно, была основана на идеалах Nux vomica, и уж то, что во главе ее всегда стояли воинственные императоры Nux vomica, сомнений не вызывает. Но империя постепенно разлагалась, и то же самое происходит с личностью многих Nux vomica.

Многие Nux vomica попадают в зависимость от стимуляторов. Они получают «кайф» от побед, опасности, обильной еды, алкоголя, сексуальных приклю­чений. Они любят гонять на скоростных автомобилях, зарабатывать кучи де­нег и вести одновременно роскошную и бурную жизнь. Один из моих пациен­тов Nux vomica в прошлом был владельцем казино. С тех пор как он оставил игорный бизнес, он страдал бессонницей. В течение 30 лет он ложился спать далеко за полночь, то работая, то играя в своем казино. Когда все это закон­чилось, он не смог перестроиться — его нервная система привыкла к этому бешеному темпу и не смогла замедлиться. В результате он дошел до полного изнеможения (Кент: «Нервное истощение»), но сон так и не наладился. Когда я спросил его, почему он никогда не был женат, он ответил, что в его бизнесе было столько доступных женщин, что он так и не решился ограничить свою свободу брачными обязательствами.

Многие индивидуумы Nux vomica ведут распутный образ жизни, что приводит их к импотенции — Кент: « Сексуальное истощение». Подобно многим индивидуумам Nux vomica, этот пациент вна­чале отрицал наличие каких-либо слабых мест в его характере, что сначала, в совокупности с его разгульным образом жизни, заставило меня ошибочно назначить ему Lycopodium. Когда это лекарство не сработало, я дал ему Nux vomica 10M, и в течение недели его сон полностью нормализовался.

Индивидуум Nux vomica развлекается столь же «добросовестно», как и ра­ботает. Его не привлекает вечер в кресле у камина, если только это не сопро­вождается какой-либо ментальной или чувственной стимуляцией — вином, пищей или музыкой. Nux vomica не может долго оставаться в покое, посколь­ку при этом его начинает распирать неприятное чувство беспокойства. Анало­гичная ситуация возможна у ТглЬегсиИпит. Оба типа — гедонисты, и любое стимулирующее переживание является необходимым для их нервной системы «горючим». Индивидуум Nux vomica не любит тишину (если только он не принадлежит к редким для этого типа любителям медитаций). Он имеет при­вычку брать с собой повсюду радио или магнитофон, даже в ванную. Анало­гично, во время работы он любит все время что-то жевать, а когда нечего перехватить, чувствует неприятное беспокойство. Неприязнь Nux vomica к ти-

шине сродни его нелюбви к салатам, простой воде и неподвижности. Ему требуется постоянная избыточная стимуляция, а овощи кажутся слишком пре­сными его перенасыщенному нёбу. По иронии судьбы после нескольких деся­тилетий разгула многие индивидуумы Nux vomica «перегорают» и могут пере­носить только самую простую пищу и самую спокойную обстановку (Кент: «Чувствительность к шуму»).

Чтение кажется обычному индивидууму Nux vomica слишком спокойным занятием, и он предпочитает расслабляться перед телевизором, нежели перед книгой. Кроме того, когда в течение длительного времени его темп жизни остается слишком быстрым, испытываемое им не­рвное напряжение не позволяет ему сконцентрироваться на прочитанном (Кент: «Отвращение к чтению»), и он обращается к другим, не требующим дополнительных усилий способам отвлечься, например к просмотру фильмов, предпочтительно в сочетании с расслабляющими крепкими напитками.

В минуты отдыха индивидуум Nux vomica может быть очень весел и азартен. Часто он увлекается играми и предается им с наслаждением, как ребенок. Его любимыми игрушками являются электронные устройства или средства пере­движения — как в виде машин или мотоциклов, так и в виде радиоуправляе­мых моделей. Nux vomica обожает скорость, и его одинаково завораживает полет скоростной игрушечной машинки и собственного гоночного автомоби­ля. Последняя обычно становится самой любимой игрушкой Nux vomica. Ма­шина дает ему свободу, приспособляемость и волнующее ощущение осязаемой мощи. Большинство субъектов Nux vomica обожают автомобильную езду и часто используют ее как средство успокоения.

Индивидуумы Nux vomica также очень любят компьютеры, и в качестве нуж­ных им в работе коллекторов информации и в качестве игрушек. Компьютеры похожи на самих Nux vomica, они так же быстры и многогранны, и индиви­дуум Nux vomica видитв них продолжение самого себя. Особенно возбуждает его современная компьютерная графика. По-видимому, от своих предков-завоевателей современные Nux vomica унаследовали визуальное восприятие мира, но не в смысле того, что они предпочитают любоваться на работы старых мастеров в художественных галереях. Скорее им нравится быстрая смена визуальных удовольствий, которые как раз и обеспечиваются экраном монитора во время компьютерных игр или любыми другими зрелищами.

Неудивительно, что Nux vomica обожает самыми разными способами «иг­рать в войну». Будь то стрельба в тире, игровая площадка или компьютерное «покорение мира» — в любом случае Nux vomica чувствует себя в своей сти­хии, относясь к игре почти так же серьезно, как настоящий полководец к своей компании. Nux vomica любит воевать, и когда он добивается победы, из груди его обычно вырывается ликующий возглас триумфатора. Было время, когда я регулярно играл в теннис с моим другом Nux vomica, и он ликующе вопил после каждого своего удачного удара.

Как и большинство гедонистов, Nux vomica нуждается в компании для веселого времяпрепровождения (Кент: «Желание компании»), и подобно двум другим плейбоям, Lycopodium и Tuberculinum, он предпочитает компа­нию представителей противоположного пола. Одной из причин подобного предпочтения является то, что Nux vomica рассматривает большинство дру­гих мужчин как соперников (либо,как не заслуживающих внимания лично­стей). Подобно самцам моржей, индивидуумы Nux vomica предпочитают окружение восторженных поклонниц, а с представителями одного с ними пола весьма холодны. Даже когда они женаты, они предпочитают компа­нию женщин, а не мужчин, хотя могут хранить верность, пока их жена доставляет им достаточное количество стимулирующих ощущений. Если же она уже утратила такую способность, Nux vomica вполне может беречь ее как стабилизатор своей жизни, а стимулирующие воздействия искать на стороне. Как и колоритные герои Клинта Иствуда, обычный индивидуум Nux vomica проявляет определенный мужской шовинизм. Одновременно он очень обаятелен и умен и, как правило, ищет себе партнера, достоинства которого не исчерпываются симпатичным лицом.

Если Nux vomica долго остается без компании, он чувствует беспокойство и одиночество, как и близкие к нему типы Phosphorus и Tuberculinum. Когда Nux vomica концентрируется на работе, он бесится, если ему помешать; если у него имеется интеллектуальный (и особенно духовный) склад ума, он может време­нами вести достаточно затворническую жизнь, однако, если Nux vomica хочет повеселиться, он ищет веселую компанию. Большинство индивидуумов Nux vomica без труда находят себе друзей. Более жестокосердные из них могут просто покупать товарищей, но большинство Nux vomica достаточно общи­тельны, чтобы не остаться в одиночестве в минуты отдыха и не нуждаться в искусственных стимулах для привлечения компании. Как и Sulphur, Nux vomica обычно обладает широкой душой, и его энтузиазм очень заразителен. На праздниках он всегда заводила, особенно если относится к более физически развитым представителям типа Nux vomica.

Некоторые интеллектуалы Nux vomica в компании ведут себя более скромно, но даже на них находят прили­вы «веселого вдохновения», побуждающие их петь, устраивать розыгрыши или внезапно бросаться в необычные авантюры (Кент: «Импульсивность») типа прыгнуть в море в парадном костюме или украсть номер с полицейской машины (Кент: «Озорство»). Однако чаще интеллектуал Nux vomica будет играть словами.

Часто ему нет равных в шуточной игре слов, особенно в отношении односложных ироничных сентенций, которые могут так и сыпаться из него буквально на ходу. Обычно эти шутки не злы, но иногда могут непреднамеренно спровоцировать обиду.

В любых ситуациях, когда дело касается удовлетворения его желаний, Nux vomica очень нетерпелив. Это верно как в отношении работы, так и в отноше­нии игры. Если он голоден, он может послать свою секретаршу за гамбурге­рами в самый разгар утренней спешки или выскочить на светофоре купить плитку шоколада. Он тратит деньги так же стремительно, как и зарабатывает их, и склонен покупать предметы роскоши. Взрослый мужчина Nux vomica может радоваться как ребенок купленной новой машине или горным лыжам.

Конечно, многим индивидуумам Nux vomica новые игрушки быстро приеда­ются, и они постоянно высматривают для себя новые формы получения стиму­лирующих импульсов. Астрофизик Nux vomica, о котором я уже упоминал, рассказал мне, что в юности он принимал участие в экспериментах с очень большими дозами ЛСД, когда под тщательным наблюдением он в течение длительного периода времени принимал гигантские дозы этого галлюциноге­на. Для интеллектуала Nux vomica очень характерен серьезный интерес к экспе­риментам, связанным, с одной стороны, с расширением сознания (в букваль­ном смысле), а с другой— с мощной стимуляцией чувств. Здесь можно вывести одно различие между интеллектуалом Nux vomica и Lycopodium. Тогда как индивидуум Lycopodium будет принимать ЛСД только для того, чтобы убежать от настоящего в психоделическую реальность, Nux vomica будет подходить к этому серьезно, не только как к способу вызвать приятную эйфорию, но и как к мощному средству познания. Даже в разгар дикой оргии чувственной распу­щенности Nux vomica не теряет бдительности, в отличие от других гуляк. В этом он похож на воина, который может позволить себе расслабиться за кружкой эля в минуты затишья, но никогда не снимает доспехов и всегда готов встретить внезапную контратаку противника.

Поскольку Nux vomica живет среди постоянной стимуляции, он в большей степени, чем другие, подвержен нервному истощению. После долгих лет по­здних засыпаний, беспорядочного и обильного питания, избытка алкоголя и никотина, сексуальных приключений он может в конце концов надломиться. Когда это рано или поздно случается, у него одновременно возникают повы­шенное нервное напряжение и истощение — раздражительная слабость, похо­жая на состояние абстиненции у алкоголика. Он не может расслабиться, не может и действовать эффективно, так как его нервы издерганы и расстроены (Кент: «Нервное истощение»), а тело ослаблено. «Уменьшенным» вариантом этого состояния является похмелье, которое многими поколениями гомеопа­тов лечится исключительно с помощью Nux vomica. Подобно человеку, страда­ющему похмельем, находящийся в состоянии нервного истощения индивидуум Nux vomica раздражителен и хочет оставаться один (Кент: «Отвращение к компании»). Он гиперчувствителен к любым стимулам (Кент: «Обострение чувств»), особенно к шуму, свету (отсюда любовь многих индивидуумов Nux vomicaк темным очкам) и слишком обильной пище.

Почти все переутомленные индивидуумы Nux vomica страдают от бессонни­цы. Он может лежать часами без сна, обуреваемый наплывом разнообразных мыслей, обычно касающихся мелочей или повседневных событий. Часто у     та­ких пациентов беспокойный сон, когда они мечутся и крутятся в постели, находясь посередине между сном и бодрствованием, на «ничейной террито­рии», заполненной сменяющимися мыслями, тревожными, но неотчетливы­ми.

Утром они встают измученными и еле плетутся. Чтобы прийти в себя, они часто прибегают к кофе, табаку и алкоголю, и эти стимуляторы временно проясняют их сознание, однако регулярное их использование еще сильнее расшатывает организм. Нервная система Nux vomica крепче, чем у Lachesis, однако даже Nux vomica в конце концов не выдерживает последствий чрезмер­ного употребления стимуляторов и должен либо «завязать», либо оконча­тельно разрушить свой организм.

Взаимоотношения

Из описания Nux vomica как Императора и Плейбоя становится ясно, что этот тип склонен доминировать во взаимоотношениях. Более грубые и ориентиро­ванные на физическую силу Nux vomica тиранят всех, включая собственную жену и детей. Он равнодушен к страданиям других, и хотя*и может сохранять видимость семьи из соображений социальной респектабельности, большую часть ночей он проводит в обществе любовниц.

Даже более человечные пред­ставители этого типа склонны быть эгоистами в своих взаимоотношениях. Обычный муж Nux vomica уважает и любит свою жену, однако собственные интересы всегда ставит на первое место. В результате большинству мужчин Nux vomica нередко приходится сталкиваться со вспышками гнева жены, которая периодически начинает пенять им за их эгоистическое поведение. Причем, как правило, эти вспышки оказываются полной неожиданностью для Nux vomica, склонного считать себя великолепным любовником и кормильцем и обычно не замечающего собственную толстокожесть. Многие мужчины Nux vomica уди­вительно простодушны в своей нечуткости и искренне пытаются исправиться. Правда, эти попытки длятся очень недолго, поскольку Nux vomica может концентрироваться только на чем-то одном, и в результате его стремление к власти и возбуждающим стимулам одерживает верх над стремлением быть «идеальным мужем».

Более чуткие индивидуумы Nux vomica (такие тоже бывают) во взаимоот­ношениях с партнерами играют роль рыцарей, по крайней мере в течение какого-то времени. Они выбирают в жены благоразумную и заботливую женщину, стабилизирующую их жизнь, следящую за тем, чтобы он ел как следует и имел возможность отдыхать. Большинство женщин, живущих с мужем Nux vomica, начинают играть роль секретарши своего мужа, хотя бы в некотором отношении, поскольку это, пожалуй, единственный путь, по­зво-ляющий им получать хотя бы часть его внимания и любви.

В ответ ры­царь Nux vomica(когда не очень занят) относится к своей жене как к королеве, по крайней мере пребывая в хорошем настроении. Ему нравится наряжать ее в роскошные платья, приглашать в лучшие рестораны и обхо­диться с ней учтиво и с восхищением. Nux vomica рассматривает свою семью как продолжение самого себя и часто склонен гордиться ею (даже когда он постоянно тиранит домашних). Часто он балует детей, относясь к дочерям, как к принцессам, а к сыновьям — как к наследникам трона. Слабый или женственный сын — тягчайшее горе для отца Nux vomica, который в этом случае будет склонен не замечать такого ребенка, фокусируясь на его более сильных братьях и сестрах и даже на чужом ребен­ке, выполняющим роль суррогатного наследника. Nux vomica может простить слабость у женщины, это нормально для него, но у мужчины, тем более у собственного сына, он не может ее перенести.

Поскольку Nux vomica достаточно эгоистичен, он склонен воспринимать партнера сквозь призму собственного комфорта и удобства. Если ему вы­дался тяжелый день, он может рухнуть на руки жены, и она должна возить­ся с ним, как с ребенком. Он может даже немного преувеличить свои недомогания, когда болен, чтобы получить от нее еще больше заботы. Во многих случаях у воина Nux vomica слабая сердцевина.

Он может храбро сражаться с противником на поле боя, но когда бой окончен, он откроет свои раны женщине и с удовольствием будет смотреть, как она вокруг него суетится. Если у Nux vomica случается дефицит битв, он может требовать заботы даже больше, приходя к жене с каждой царапиной.

Nux vomica уважает силу, и если его женой оказывается сильная женщи­на, он вполне может разделить свой трон с ней. Он не только предоставляет ей принимать все важные домашние решения, но и делится с ней своей славой. Большинство жен мужей Nux vomica живут в тени их известности, однако некоторые не уступают им в энергии и способностях и поэтому избегают опасности потерять индивидуальность. Остальные уступают доми­нирующей личности Nux vomica и становятся его рабами.

Так как индивидуума Nux vomica отличают сильные аппетиты и собственническое отношение к своим трофеям, он более других склонен к ревности. Даже если сам он изменяет жене направо и налево, мысль о том, что она сама могла предпочесть другого, приводит его в бешенство и вызывает   же­лание покарать как неверную жену, так и ее любовника. Императоры не жалуют своих соперников на сексуальном фронте.

Женщина Nux vomica

Женщины этого типа — редкость, и тем не менее они существуют. По характе­ру они похожи на мужчин Nux vomica. Большинство из них делают карьеру и преуспевают на выбранном ими поприще (пример — Маргарет Тэтчер). Жен­щины Nux vomica достаточно неженственны и предпочитают не тратить время на «легкомысленное» чтение женских журналов или вязание. В мужья они обычно выбирают сильных мужчин, однако если таковых им встретить не удается, они довольствуются просто очень богатым или влиятельным мужем.

Подобно мужчинам Nux vomica, женщины этого типа очень озабочены усиле­нием своего могущества. Те женщины Nux vomica, которые не смогли сделать карьеру, обычно становятся разочарованными и желчными, направляя все силы на то, чтобы, манипулируя членами семьи, добиться хотя бы некоторой власти. Индивидуумы Nux vomica обоих полов рождены для лидерства, и когда они лишаются этой возможности, будь то по воле обстоятельств или воле людей, им становится одинаково плохо.

Гомеопату, на прием к которому попала сильная женщина-карьеристка, как правило, приходится выбирать между Nux vomica, Ignatiaи Natrum muriaticum. По частоте встречаемости Natrum muriaticum стоит на первом месте, Ignatia встречается реже, а Nux vomica— реже всего. В отличие от двух других типов, Nux vomica не склонен к сентиментальности. Женщина Nuxvomicaне стала жесткой вследствие пережитой эмоциональной боли, и поэтому в ее поступках меньше всего «реактивности». Пример «реактив­ных» действий сильных женщин Ignatiaи Natrum muriaticum— жесткая защитная реакция в ответ на критику. В отличие от них, женщина Nux vomicaв ответ на критику будет сердиться, но ее гнев не будет смешан со страхом, и подобно мужчине этого же типа, она либо проигнорирует оппонента, либо раздавит его. Чтобы сделать верный выбор между этими тремя препаратами, гомеопат должен обратиться к личности пациентки в детском возрасте. Тогда, скорее всего, эмоциональность и уязвимость Ignatia и Natrum muriaticum станут очевидны, а у девочки Nux vomica не удастся обнаружить ничего, кроме спокойной решительности.

Внешность

В соответствии со стремительностью натуры Nux vomica в его внешности есть нечто «заостренное». Лицо обычно несколько вытянуто, а черты лица зао­стрены, особенно нос, который часто имеет острый кончик. Лицо, как правило, худощавое, а не округлое, отражающее остроту интеллекта, челю­сти плотно сжаты и ясно очерчены, что подчеркивает решительность. Взгляд часто пронизывающий и обезоруживающий.

Nux vomica имеет склонность к худобе — они поджары или имеют развитые мышцы. Многие индивидуумы Nux vomica выше среднего роста. Волосы пря­мые и обычно темные или рыжеватые, хотя могут быть любого оттенка. Хоро­шим примером внешности типичного Nux vomica является актер Клинт Ис-твуд, а также австралийский премьер-министр Поль Китинг.