Thuja (Bailey)

Чув­ствительность к любви и эмоциональной боли

face

Сексуальная вина

Личностные черты большинства индивидуумов этого типа отличаются крайностями и сочетанием очень хороших и очень плохих проявлений у одних и тех же людей, как правило, у женщин. Мужчины Thuja обычно имеют менее яркие особенности. Поэтому большая часть того, что описано здесь об этом типе, относится к женской его половине, а мужчины подроб­но описаны отдельно в конце этой главы.

Красавица и чудовище

Основными полюсами, на которых зиждется понимание личности Thuja, яв­ляются красота и уродство. Большинство женщин Thuja обладают острым восприятием красоты, в чем с ними могут соперничать лишь China, Phosphorusи Medorrhinum. Чувствительность Thuja к красоте носит скорее мистический, нежели просто эстетический характер. Эти люди способны сливаться с воспри­нимаемой ими красотой. Подобные переживания дают женщине Thuja мисти­ческую философию бытия, отличающую ее от большинства других людей и основанную главным образом на ощущении, а не на логическом анализе и не на вере.

Чтобы быть способным к непосредственному мистическому восприя­тию красоты, человек должен иметь невинное сердце, и у Thuja обычно имеет­ся эта детская непосредственность. Всегда есть что-то детское в том восхище­нии, которое женщина Thuja испытывает, глядя на прекрасный пейзаж или постигая очарование чьих-то глаз. В счастливой Thuja также всегда присут­ствует детский энтузиазм и игривость. Когда она счастлива, в ней появляется некоторое озорство, делающее ее похожей на Phosphorusи Mercurius. Ей нравится весело проводить время, и она может вести себя при этом с некото­рой долей безрассудства и необузданности.

К обостренному восприятию красоты близки такие качества Thuja, как чув­ствительность к любви и эмоциональной боли. Хотя такая женщина может быстро потерять голову от любви, она быстро постигает, насколько болезнен­ным может быть подобный опыт, и поэтому в дальнейшем старается защитить свое сердце от эмоциональной уязвимости. Однако ее оборонительная пози­ция будет недостаточной, поскольку и уязвимость ее значительно превышает уязвимость других подобных типов, таких, как Natrum muriaticum и Ignatia, которым удается гораздо более надежно окружить свое сердце защитными валами.

В результате Thuja оказывается в мучительном подвешенном состоя­нии между эмоциональной открытостью и избежанием эмоциональной близо­сти. Часто женщина Thuja выглядит равнодушной и отчужденной, однако одного слова критики или отвержения от дорогого для нее человека будет достаточно, чтобы она разразилась истеричными рыданиями.

Как только Thuja начинает чувствовать себя обиженной, в ней зарождается убежденность в собственном уродстве, физическом или моральном. В ней зало­жена врожденная склонность отвергнуть себя, как только она будет отвергнута другим. Если ее родители в детстве чрезмерно критиковали, обижали или от­вергали ее в той или иной степени, то всю оставшуюся жизнь она будет считать себя несостоятельной — уродливой, или глупой, или плохой. Степень нанесен­ной обиды будет определять выраженность ненависти к себе, затмевающей ее способность любить жизнь и наслаждаться ее красотой.

Те женщины Thuja, которые были совсем несчастны в детстве, могут чувствовать, что не заслужива­ют счастья, поскольку они в них изначально заложен какой-то неисправимый дефект. В определенной степени это ощущение присуще всем, кого сильно обидели в детстве, однако у Thuja последствия этого наиболее катастрофичны. У Natrum muriaticum или Carcinosinum из-за этого вырабатывается низкая само­оценка. У Thuja же из-за этого возникает отвращение к себе.

Отвращение к себе у женщин Thuja может проявляться самыми разнооб­разными путями. Нередко такие женщины отзываются о себе в крайне нега­тивном ключе (Кент: «Упрекает себя»). Они могут до крайности преувели­чивать собственные ошибки. Если они были чуть менее обычного приветли­вы со знакомым, они начинают думать, что вели себя просто ужасно и теперь полностью потеряли уважение или дружбу этого человека (Кент: «Иллюзия, что совершил преступление»).

Женщины Thuja очень часто ожидают от других негативной реакции, поскольку сами считают себя плохими. Одна женщина Thuja, обратившаяся ко мне за психотерапевтической помощью, приходила на каждый последу­ющий сеанс, ожидая и одновременно боясь, что я откажусь от нее, потому что на предыдущем сеансе она сказала «что-то не так». Часто женщина Thuja ограничивает свою активность и общение с людьми, так как желает избежать ожидаемой ею негативной реакции. Особенно ярко это проявля­ется в ситуациях, когда ей могла бы’понадобиться чья-то помощь. Она никогда не попросит друзей о мелких одолжениях из страха показаться навязчивой и получить отказ.

Резкий отказ крайне болезненно воспринима­ется большинством женщин Thuja, Он подтверждает ее худшие предположе­ния — что она плохой, совершенно недостойный хорошего отношения че­ловек. Если вы откажете женщине Thuja, то она уже никогда не попросит вас ни о чем. Аналогично эти женщины избегают новых начинаний, так как боятся неудачи. Существует очень много ситуаций, которые могут в очеред­ной раз привести женщину Thuja к мысли, что она самый ужасный человек на свете. Обычно такие мысли совершенно не соответствуют реальности, и те из Thuja, кто сохранил хотя бы часть исходного оптимизма, могут осозна­вать этот факт, однако если в них крепко засело глубокое отвращение к себе, оно все равно найдет способ, чтобы дать о себе знать.

Одна пациентка Thuja, которую я пытался избавить от пристрастия к курению, производила впечатление совершенно эмоционально здоровой женщины. Она была расслаблена, уверена в себе и успешна в своей работе. По профессии она была художником и обладла высоким уровнем интуиции и способностью чувствовать тихую мудрость и красоту жизни. Она не де­монстрировала никаких признаков низкой самооценки, пока не упомянула об имеющемся у нее грибковом поражении ногтей. Когда я стал расспраши­вать ее об этом, она пришла в страшное волнение и на мою просьбу пока­зать ноги ответила категорическим отказом. Когда я спросил о причине ее отказа, она ответила, что это « слишком ужасное зрелище ». Когда же после долгих уговоров она все же продемонстрировала мне свои «уродства», оказавшиеся едва заметными дефектами ногтей, она была совершенно раз­давлена смущением и залилась румянцем стыда.

Темная тайна

Значительное число женщин Thuja начинают казаться скрытными, как толь­ко ваш взгляд проникает сквозь тонкую пелену внешней дружелюбности. Они склонны отказываться отвечать на вопросы, слишком близко касающи­еся их чувства вины и отвращения к себе. Одна из типичных особенностей речи Thuja— оборванные фразы, которые она начинает и не заканчивает. Она начинает что-то говорить, затем ее внутренние антенны улавливают опасность высказать что-то постыдное о себе и фраза автоматически преры­вается. Если же ее заставить договорить фразу, она может заплакать и высказать что-то, чего она стыдится, например простой факт пристрастия к табаку. После этого она будет жалобно смотреть на вас, ища признаков неодобрения или отвращения к ней после такого «ужасного» признания.

Психодинамика Thuja обычно отличается большой сложностью, по крайней мере у типичных или наиболее нездоровых представителей этого типа. За внешним имиджем Thuja скрывается такой клубок полуправд, что она посто­янно путается сама в себе.

Вся структура ее психики весьма нестабильна и подвержена срывам, поскольку каждую минуту какой-то секрет может про­скользнуть сквозь вуаль и создать угрозу разоблачения остальных секретов. Одна из причин столь катастрофической реакции этих женщин на разоблаче­ние своих незначительных секретов состоит в том, что внутри скрывается ка­кой-то большой секрет и любой прорыв «завесы секретности» может создать угрозу более позорных разоблачений, которые потянутся один за другим. Наиболее часто самые страшные секреты Thuja относятся к сексуальной сфере.

Thuja — страстный тип, обладающий высоким уровнем либидо. Когда эти женщины эмоционально здоровы, они наслаждаются своей сексуальной жиз­нью, получая удовольствие от жизни вообще и совершенно не испытывая стыда по этому поводу.

Однако когда душа такой женщины получает серьез­ную рану, она закрывает свое сердце. Подобное «захлопывание» обычно происходит сразу, а не постепенно. Когда это случается, она может вступить в новые отношения, но доступ к части ее души с тех пор закрыт навсегда. Этот сценарий нередко ведет к беспорядочности в половых связях, поскольку эмо­циональная близость кажется такой женщине угрожающей ее безопасности, а либидо остается высоким.

Беспорядочность половой жизни — довольно частое явление для женщин Thuja, Причем они могут рассказывать о подобных вещах безо всякого стыда, поскольку в них укоренилась твердая уверенность в том, что в этом нет ничего плохого. У Thuja имеется выраженная способность отбрасывать от себя нежелательные мысли и чувства, и это может в ряде случаев приводить к саморазрушительному очерствению ее души. Когда же эти женщины в ходе психотерапии понемногу оттаивают, они чувствуют сильные угрызения совести по поводу своего распутства, а затем и ту изначальную боль, которая заставила их сердце закрыться и очерстветь.

Часто и без того запутанная картина психики Thuja осложняется пережи­тым ею опытом сексуального насилия. По ряду причин сексуальное насилие в детстве у женщина Thuja приводит к гораздо более серьезным последстви­ям, чем у представительниц других конституциональных типов. Вследствие врожденной склонности Thuja ощущать свою вину насилие вызывает у них резкое нарастание презрения и отвращения к себе и может провоцировать саморазрушительное поведение. Подсознание имеет свою простую логику.

В данном случае она думает: «Со мной случилось нечто ужасное. Никто не защитил меня. Наверное, я это заслужила. Наверное, я действительно пло­хая. Я должна понести наказание. Я не достойна жить». Или: «Моя жизнь — это ад. На том свете будет лучше, чем здесь». В любом случае подвергша­яся насилию девочка Thuja вырастает с ощущением глубокого отвращения и ненависти к себе, и когда у нее возникнет депрессия, она может покончить с собой или может начать наносить себе кровавые раны. Ненависть к себе часто облегчается у Thuja нанесением себе увечий.

Подвергшиеся насилию женщины Thuja склонны к глубочайшей депрессии. Одна такая пациентка во время периодов депрессии по нескольку дней не могла встать с постели. У нее не было сил ничего делать, поскольку ей не хотелось жить. Если у нее возникали мысли о самоубийстве, доза Thuja ЮМ быстро устраняла их.

Саморазрушительные наклонности Thuja могут прини­мать множество форм. Наиболее распространенные — беспорядочные поло­вые связи и разные виды наркотической зависимости. Эмоционально травми­рованная женщина Thuja часто начинает злоупотреблять психотропными пре­паратами, сигаретами или алкоголем, чтобы максимально приглушить свой внутренний дискомфорт. Часто именно стремление избавиться от подобных пристрастий приводит этих пациенток к гомеопату. В подобных случаях ле­жащие в основе этих пристрастий эмоциональная травма и отвращение к себе нередко не осознается пациентками.

Они знают, что подвержены перепадам настроения и тревожности, но истинная причина этих нарушений стойко ими забыта. Поскольку для излечения обычно нельзя обойтись без осознания про­шлых эмоциональных травм, пациентки, пришедшие лишь с желанием отка­заться от сигарет, могут столкнуться с необходимостью заплатить за это более высокую цену, чем они рассчитывали.

Лекарство может воскресить в памяти вытесненные эмоции, и это само по себе может быть очень болезненным. Однако с помощью умелой психотерапии и повторных приемов Thuja позво­ляет постепенно свести на нет душевую боль вместе с саморазрушительными тенденциями. Только когда красавица поцелует чудовище, оно сможет сбро­сить ужасное обличье и снова превратиться в прекрасного принца. Только когда Thuja осмелится посмотреть на свою темную сторону и простить себя, эта тьма рассеется или, вернее, превратится в свет.

Одной из распространенных форм саморазрушительной тенденции у Thuja, связанной с ощущением сексуальной вины, является гинекологичес­кая патология. Женщины Thuja очень подвержены гинекологическим забо­леваниям, включая инфекционные поражения, эндометриоз, сильные мен­струальные боли и предменструальный синдром. После приема лекарства все эти симптомы постепенно уходят, по мере того как залечиваются лежащие в их основе эмоциональные травмы и чувство стыда.

Неистовство

Thuja— страстный тип, обладающий вместе со своим сикотическим родствен­ником Medorrhinum неистовыми чертами в характере. У эмоционально здоро­вых женщин Thuja это выражается в страсти к приключениям. Thuja может быть девочкой-сорванцом, не замечающей опасности и наслаждающейся отча­янными забавами. В ней обычно больше озорства, чем в Medorrhinum, и она очень любит «откалывать шутки», а потом заливаться диким хохотом, когда их разоблачают. Эмоционально здоровые женщины Thuja могут любить и сексуальные приключения, но без саморазрушительного компонента.

Неистовость и яркость характера Thuja может делать их более независимы­ми, чем других женщин. Им нужна свобода для самовыражения, и нередко это приводит к частой смене партнеров или замужеству, в котором оба супру­га не связывают себя обещанием супружеской верности. Неистовство характе­ра Thuja имеет очевидно физический, плотский оттенок. Чтобы почувствовать себя свободной, ей нужно задействовать свое тело, будь то секс, танцы, похо­ды или спорт. У Thuja это более выраженная потребность, чем у Sepia, так как последней вовсе не нужна настолько интенсивная физическая активность.

Что касается эмоционально нездоровых женщин Thuja, то у них неистов­ство приобретает саморазрушительные свойства. У них может возникать импульсивная тяга к спиртному, они могут неожиданно оказаться в посте­ли совершенно омерзительного типа, так что на следующий день не будут чувствовать ничего, кроме отвращения к себе. Либо они могут прийти в ярость и «спустить собак» на любого подвернувшегося человека, разразив­шись неконтролируемым ором. Thujaочень склонна к ярости, однако обыч­но она может контролировать свои эмоции, кроме ситуаций алкогольного опьянения или психотерапевтического сеанса.

Чем больше степень ее исход­ной душевной травмы, тем более потенциально опасным может быть ее неистовство, особенно для нее самой. У таких женщин может возникнуть необъяснимая тяга к темной стороне жизни с желанием смотреть мрачные и жестокие фильмы, заниматься садомазохистским сексом и носить темные одежды. Подобные действия можно рассматривать как попытку справиться, хотя бы косвенно, с тьмой, надвигающейся на Thuja из ее подсознания.

Эти попытки не рассеивают внутренней тьмы, однако уменьшают связанное с ней психологическое напряжение. Если же вам удастся заглянуть в душу такой женщине Thuja(обычно молодой женщине), то вы увидите тонкую, чувствительную натуру, которая боится жизни, ненавидит себя и склонна к взрывам ярости. Если же посчастливится, то можно увидеть также красоту души этих людей, деликатность, утонченность и детскую непосредствен­ность, естественные для Thuja и никогда полностью не исчезающие.

Thuja часто бывает подвержена страхам. Это один из наиболее чувствитель­ных типов, и эта чувствительность включает острое восприятие эмоциональной боли, а также обостренное чувство опасности. Если такая женщина в детстве подверглась насилию или была обижена, она особенно склонна к панике. У нее постоянно присутствует неспецифическая тревога, особенно усиливающа­яся при общении с людьми (Кент: «Страх посторонних»).

Женщины Thuja часто спасаются от этого страха бегством и уклонением от общения. Если этот страх резко усилится во время вечеринки, они могут пулей выбежать вон, и вообще ее может быть трудно вытащить на люди. Защитные механизмы Thuja не так прочны, как у более стабильных типов, таких, как Natrum muriaticum или Sepia, которые погружаются в социальные контакты, несмотря на страх и никак свой страх не обнаруживают. Психика Thuja более хрупка и легко может дать сбой, отчего она может закатить истерику или выбежать вон. Страх Thuja обычно очень легко прочесть в ее глазах, которые, когда ее охватывает паника, становятся похожими на глаза испуганного животного.

Убегание — не единственный способ борьбы Thuja со своей тревожностью. Она может также надеть на себя маску грубой мужеподобной внешности, одеваясь в мужскую одежду, изучая каратэ и используя в своей речи множе­ство оборотов из лексики самоутверждающихся мальчишек-подростков. Ис­пользование ненормативной лексики — очень типичное явление для подоб­ных женщин Thuja, пытающихся скрыть свою уязвимость под маской грубо­сти. Очень часто подобные женщины не любят прикосновений, за исключе­нием грубого телесного контакта, например во время борьбы, поскольку прикосновения — очень интимный жест и от него труднее защититься, чем от слов (Кент: «Отвращение к прикосновениям»).

Несмотря на их мужепо­добную внешность, они остаются очень чувствительными, и эта чувствитель­ность все же проявляется и во внешности (особенно в их выразительных глазах), и в их речи. Однажды ко мне обратилась одна девушка Thuja с жалобами на резкие перепады настроения. У нее были средней длины пря­мые черные волосы, худощавое озорное лицо, покрытое веснушками, и очаровательные ясные зеленые глаза. Она была агрессивно настроена по отношению к мужчинам, включая своего очень милого молодого человека, а у меня в кабинете она вела себя независимо и дерзко, с элементами агрес­сивной игривости.

Стоило мне направить разговор в сторону неприятного для нее самоосознания, она начинала нервозно смеяться и говорила: «Вот ведь, твою мать!» Несмотря на ее грубый имидж, она была очень чуткой по отношению к друзьям, когда дело касалось помощи — она живо отклика­лась на нужду любого из них. Фактически она очень остро чувствовала их страдания. Ее чуткое сердце вполне можно было рассмотреть сквозь маску «бой-бабы», и это обычно очень характерно для женщин Thuja, которые настолько чувствительны, что никогда не могут скрыть это до конца в отли­чие от Natrum muriaticum и Ignatia.

На грани безумия

Я не сталкивался с пациентками Thuja, которые страдали бы истинным умопо­мешательством, однако у многих из них имелись все задатки для того, чтобы сойти с ума. Книги по Materia Medica полны упоминаний о странных ощуще­ниях Thuja, особенно об иллюзии, что она сделана из стекла, или о том, что у нее в животе шевелится ребенок. В течение многих лет я не особенно серьез­но относился к этим упоминаниям, поскольку никогда не встречался с ними у моих пациенток Thuja, однако когда я начал заниматься с ними психотерапи­ей, я впервые столкнулся с этими иллюзиями.

Например, когда одна из моих пациенток вступила в контакт с ранее вытесненными болезненными пережива­ниями, то вначале у нее возник ряд необычных физических ощущений. Их было много, но чаще всего у нее отмечались движения внутри живота, словно в желудке возникал водоворот или двигался какой-то мячик. В другой момент ей показалось, что ее таз наполнился кровью или словно что-то сгнило внутри нее. Вне сомнения, все эти симптомы вызвали бы у большинства пациенток Thuja панический ужас, если бы они возникли спонтанно, однако на фоне психотерапии пациенты в состоянии осознать, что они несут некий символи­ческий смысл и не угрожают их здоровью.

Я четко заметил, что мои пациентки Thuja имели гораздо менее стабиль­ную психику, чем другие пациенты, с которыми я проводил психотерапев­тические сеансы. Периодически они «отключались», впадая в заторможен­ное, почти ступорообразное состояние, когда они не выдерживали необхо­димости лицом к лицу встретиться с подавленными неприятными эмоциями (Кент: «Ступор»). Нередко Thuja предпочитает «покинуть свое тело», не­жели воскресить в себе болезненные переживания. Те женщины Thuja, кото­рые пережили сексуальное насилие, часто испытывают сильную физическую боль, когда в ходе психотерапии оживляются болезненные воспоминания, но о сопутствующей эмоциональной боли даже не упоминают.

В эти момен­ты они либо резко отбрасывают от себя эти воспоминания и возвращаются в настоящее, либо «покидают свое тело», впадая в некоторое заторможенное состояние. В другие моменты они могут испытывать сильную ярость, и сила этой ярости опять-таки может быть гораздо больше, чем у других людей. У Thuja, как и у Lachesis, внутри может быть словно натянута пружина, но если пациенты Lachesisпросто становятся нервозными вследствие попыток подавить это напряжение либо взрываются вспышкой гнева, то у Thuja все это часто имеет отчетливый саморазрушительный оттенок.

Иногда психика Thuja расстраивается из-за того, что в результате оживле­ния прошлых эмоциональных травм ослабляются защитные механизмы и пациентка становится слишком открытой для «тонкого мира». При этом она начинает бояться уже скорее не людей, а призраков (Кент: «Иллюзии — видит призраки, привидения»), а обычные события начинают трактоваться как символические, т. е. у этих пациенток появляется мягкая форма шизоф­ренического бреда отношения.

Правополушарное мышление

У Thuja имеется много общего с Medorrhinum как с физической, так и с эмоциональной стороны. Однако одним из существенных различий между этими типами является способность к объективному взгляду. Обычно у ин­дивидуумов Medorrhinum имеется хороший баланс между левым и правым полушарием, что делает их одновременно художественно одаренными и способными к логике. Что же касается Thuja, то эти женщины в основном «думают» своим правым полушарием. Они не способны к логическому анализу. Они воспринимают мир с детской непосредственностью, с боль­шой долей интуитивного восприятия. К сожалению, чем более нездоровыми эмоционально они становятся, тем сильнее они начинают не доверять своей интуиции и в конце концов совершенно перестают слушать ее голос.

Сочетание неспособности Thuja к логике и ее интенсивной, часто мучитель­но интенсивной эмоциональности может приводить к некоторой спутанности мышления. Женщины Thuja часто не могут мыслить ясно, особенно когда они чем-то взволнованны. Это может быть одним из объяснений их привычки отвечать на вопросы не сразу и неуверенно. Иногда эти женщины могут быть очень простодушными, но тем не менее глупыми их назвать нельзя. Они могут цепляться за незнакомые слова, пытаясь с их помощью казаться более интелли­гентными, но это обычно лишь запутывает их окончательно. Чувствительность, интуиция, уязвимость и художественная одаренность Thuja может заставить гомеопата перепутать Thuja с China. Оба этих типа можно назвать самыми чувствительными из всех, причем как в положительном, так и в отрицательном смысле этого слова.

Принципиальное различие между ними состоит в том, что China обладает не только интуицией, но и логикой и гораздо менее ориентирована на телесные и физические ощущения. Кроме того, China не­сколько более интровертирована, чем Thuja. Женщины Thuja любят весело провести время на вечеринке, тогда как женщина China может побояться туда идти, и ее нужно долго упрашивать. Несмотря на свою способность к логике, China выглядит более женственно, поскольку она более утонченна и у нее нет грубой плотской приземленности Thuja. Вообще комбинация приземленности и утонченной чувствительности является уникальной чертой Thuja.

Мужчина Thuja

Мужчины Thuja встречаются редко, и их трудно идентифицировать. Услов­но их можно разделить на два подтипа: «обычный» и скрытный. «Обычные» мужчины Thuja Эти люди представляют собой нечто среднее между мужчинами Natrum muriaticum и Graphites. Они интровертированы, уравновешенны и умеренно эмоциональны. Они сдержанны в выражении эмоций и склонны к умеренной тревожности.

Как правило, они придерживаются традиционных ценностей и получают удовольствие от нормальной семейной жизни. Они в некотором смысле склонны к материализму и не отличаются ни излишней живостью воображения, ни излишней чувствительностью. Они сознательны и ответствен­ны. Они могут испытывать некоторые трудности с самоутверждением, по­скольку не любят конфликтов, однако в состоянии стресса вполне могут вспы­лить.

Эти люди настолько «нормальны» и «обыкновенны», что их конститу­циональный тип бывает очень трудно определить на основании одной только психики. В этом случае на мысль о конституции Thujaобычно наводят физи­ческие симптомы. В частности, очень типичны жалобы на простатит, также нередки упоминания об астме и синусите, а также себорее. Не очень часто встречаются сновидения о падении с высоты, а сексуальность вообще, как правило, совершенно нормальна. Может помочь внешность этих пациентов, особенно смуглая, темная кожа. Как это ни парадоксально, но в сочетании с типичными физическими симптомами именно невыразительная «нормаль­ность» будет самой характерной психической чертой, позволяющей подтвер­дить принадлежность их к конституции Thujal

Скрытные мужчины Thuja

Подобные люди встречаются очень редко. У них очень много черт, которые объединяют их с наименее эмоционально здоровыми женщинами Thuja,при этом они бывают более грубыми и скользкими. Скрытные мужчины Thuja очень уязвимы эмоционально, и для защиты своего хрупкого ядра они надева­ют на себя маску агрессивной и изворотливой личности. Один из таких людей оказался в психотерапевтической группе, которую я вел.

Он постоянно стре­мился обвинить других в тех качествах, которых он совершенно не замечал в себе. Например, он мог подойти к самой хрупкой, уязвимой женщине, навис­нуть над ней всей своей огромной тушей и начать обвинять ее в том, что она пытается над ним доминировать. У него были огромные гастрономические и сексуальные аппетиты, а в сексе он был совершенным садистом. Здесь мы опять сталкиваемся с извращенностью сексуальных желаний Thuja, которая является следствием прошлых эмоциональных травм.

Скрытные индивидуумы Thuja на приеме обычно держатся очень отстраненно, пока не начинают доверять гомеопату, после чего они могут при­знаться в предрасположенности к агрессивным импульсам. Эти импульсы могут заключаться в желании доминировать над другими, в гневливости, в садомазохистских сексуальных желаниях и других саморазрушительных на­клонностях, которые можно наблюдать и у женщин Thuja.

Таким образом, скрытные мужчины Thuja обычно страдают внутри и закрываются за грубой оболочкой. Они могут быть злопамятны и мстительны, но при этом очень эмоционально ранимы, а некоторые из них испытывают вполне отчетливое отвращение к себе, что может приводить к депрессии и суицидальным им­пульсам. Подобно эмоционально нездоровым женщинам Thuja они склон­ны к подозрительности, вплоть до паранойи, и из-за этого теряют всех друзей. На приеме они могут казаться очень скользкими и изворотливыми, вместо прямых ответов рассуждая вокруг да около и предпочитая «наво­дить тень на плетень», нежели рассказать неприятную правду о себе. Как и женщины этого типа, мужчины Thuja часто испытывают тягу к мистике, могут обладать выраженной интуицией и художественными способностями.

Внешность

Обычно индивидуумы Thuja обладают смуглой или землистой кожей либо светлой кожей и темными волосами. Волосы обычно прямые. Очень типич­ны веснушки, родинки и бородавки на коже. Женщины Thuja более чувстви­тельны, чем мужчины этого типа, что отражено на их лицах: женщины имеют более утонченные черты. В целом лица этого типа более худощавы, чем округлы, и у женщин обычно покрыты рассеянными веснушками, тогда как у мужчин их, как правило, нет. Мужчины обладают «среднестатистическим» телосложением, тогда как женщины обычно имеют стройную фи­гуру, отражающую их быстрый, подвижный ум. Часто у Thuja очень краси­вые глаза, а во взгляде можно прочесть детскую непосредственность и вос­хищение красотой жизни. Цвет глаз обычно зеленый или голубой.